мурзя в профиль

Кабала святош

Моя духовно-политическая статья из послезавтрашнего "Караван+я". Скандальный визит тверского архиерея в Казахстан. Трагическая гибель тверитянки монахини Анны (Ткач) в Псковской области. И наконец, построят ли Спасо-Преображенский собор? Все это - на фоне неожиданно злободневной премьеры в местном драмтеатре.

- Надо ли выметать сор из избы, или лучше жить в этом мусоре веками? Мы в газете «Караван+я» давно и твердо заняли позицию «выметальщиков» мусора. Может быть, поэтому нас ненавидят современные «тартюфы», изобилующие и в Тверской митрополии Русской православной Церкви, и в региональных медиа, и среди чиновников. Те, кто изображает из себя патриотов – и разворовывает Родину. Кто притворяется верующим православным – и нарушает все мыслимые нравственные нормы. На прошлой неделе к нашему голосу присоединился голос коллектива Тверского академического театра.
«Кабала святош», спектакль по пьесе Михаила Булгакова (в сюжете которого «спрятан» сюжет мольеровского «Тартюфа») у режиссера Валерия Персикова получился неожиданно злободневным. Первая параллель – с историей про фильм «Матильда» Алексея Учителя. Кампания, развернутая в пьесе Булгакова архиепископом де Шарроном против спектакля Мольера «Тартюф» напоминает борьбу бывшего прокурора Крыма депутата Госдумы Натальи Поклонской с этим безобидным произведением (премьера «Матильды» в Твери тоже, между прочим, состоялась на прошлой неделе). Вторая параллель – актуализировавшийся образ Тартюфа, показного святоши, который ходит, воздев очи горе, обличает погрязший в нечестии мир, а сам втайне творит такие безобразия, от эротических до экономических, что мало кто в «погрязшем в грехах мире» до такого додумается.
Когда в середине 90-х «Кабалу святош» ставила в тверском ТЮЗе покойная Лариса Лелянова, спектакль был очень хороший, но параллелей с теми днями почти не было: такое чистое искусство, осмысление вечных отношений писателя и государства в историческом контексте, плюс блестящая игра актеров. Сегодня поставить «Кабалу святош», да еще через дом от Тверской митрополии – это Поступок.

Тартюфы всюду
Те, кто знают ситуацию в тверском православии, не раз наблюдали таких «тартюфов» - благочестивых смазливых молодых людей в монашеском сане (чаще всего, из родной для нашего архиерея Украины), постепенно забирающих в свои руки и старенького митрополита Виктора, и какой-нибудь епархиальный склад, и самые доходные храмы Тверской области. Часть из них потом саморазоблачалась, навлекала на себя гнев «владыченьки» (а «владыченьки» эти умеют гневаться так, что хоть святых выноси – об этом мы еще напишем в нынешней статье). Часть – так и осталась в пределах нашей многострадальной Тверской области. Теперешний приближенный нашего митрополита, владыки Виктора, наместник Вознесенского собора Дионисий (Батраев) перещеголял всех. Недавно Дионисию исполнилось 30 лет, и теперь он ждет, что станет в Тверской епархии викарным епископом. Типа, «дедушка» (сиречь митрополит Виктор, 1940-го года рождения) старенький и слабенький, ему нужна помощь. До этого Дионисий стал секретарем архиерейского совета, получил центральный храм областного центра и епархиальный склад, а еще возжаждал светской власти.
Губернатор Игорь Руденя, человек православный, только приехав в Тверскую область, решил найти поддержку и совет в Тверской митрополии. И угодил в логово «тартюфов». Не знаем, как сейчас, а некоторое время назад всерьез обсуждалось, что владыка Виктор и Дионисий получат кабинеты в здании администрации Тверской области, и туда переедет половина служб митрополии. Дионисий то ли стал, то ли не стал советником губернатора, но точно вошел в состав Общественной палаты региона.
Хорошо, что наши православные «тартюфы» настолько не любят католиков, что не готовы отождествить себя с мольеровским образом, чуждым конфессиональных различий. Да и зарубежную литературу в Казанской семинарии, в которой с 2013 года учился Дионисий Батраев, видимо, не преподают. А то бы не избежать театру протестов от соседей по улице Советской!

«Невыгодный» собор, и международный скандал
Кажется, губернатор Игорь Руденя начал понимать, что происходит в Тверской митрополии. Так, 4 октября он взял под свой личный контроль ход работ по восстановлению Спасо-Преображенского собора, и обратил особое внимание на необходимость строгого контроля за расходованием пожертвований и информирования граждан о ходе работ. Разговоры о восстановлении главной святыни Твери ведутся очень давно, но такое впечатление, что владыке он выгоднее не восстановленным. Именно на собор в таком, полумифическом виде, можно собирать деньги спонсоров, требовать финансирование из бюджета. А когда восстановят – какой с него доход? Прихожан в этой части города почти нет, так, будет мемориальное здание, и все... Активная фаза строительства началась в 2014 году. Забор появился гораздо раньше, но только сейчас стены будущего собора выглянули из-за этого забора. Отметим, что в большинстве российских областных городов взорванные в годы советской власти кафедральные соборы восстановлены уже давным-давно.
Между тем, дела наших «благочестивых старцев» в этом октябре стали темой аж международного скандала. 1 октября делегация тверского духовенства во главе с митрополитом Тверским и Кашинским Виктором приняла участие в праздновании 145-летия Туркестанской епархии, в столице Казахстана Алма-Аты. В результате некие иеромонахи Герман и Исаак (или Иаков?) прибывшие с тверским митрополитом, «проявили нездоровый интерес к студентам семинарии, «выполнявшим послушание по обеспечению визита». Информация получила распространение среди студентов, и вышла за внутрицерковные приделы. «Развитие ситуации может иметь крайне неблагоприятные информационные риски для всей Церкви», - пишет в рапорте митрополиту Астанейскому и Казахстанскому Александру тамошний секретарь епархиального Совета.
Этот рапорт появился на блоге отца Андрея Кураева, причем он намекает, что получил этот рапорт не из Казахстана, а из Твери. «Полагаю, что м. Александр этот рапорт переслал в Тверь м. Виктору. А в его окружении любимчики владыки люто конкурируют друг с другом - вот и решили оттолкнуть нежелательный контингент», - пишет отец Андрей.
Рассказывают, что по Тверской митрополии объявлен сбор средств. Видимо, владыке Виктору нужны деньги, чтобы замять в Москве эту неприглядную историю.

«Деспот» и невинная жертва
Владыка (как в православной традиции называют архиерея) – по-гречески «деспот». «Исполла эти деспота» («Благослови, владыка») поет хор своему архиерею. Деспотические замашки псковского владыки Евсевия, коллеги нашего Виктора, известны давно. Он много лет давил выдающегося священника, церковного публициста, прошедшего советские лагеря, отца Павла Адельгейма. В 2013 году отец Павел погиб от рук сумасшедшего.
А на прошлой неделе в Псковской области трагически погибла монахиня Анна (Ткач), тверитянка, в миру носившая имя Вера Ивановна Ткач. Инокиня Анна была исполняющей обязанности настоятельницы Свято-Троицкого Творожковского монастыря в Псковской области. Начинала она свой монашеский пути в Свято-Екатерининском монастыре в Твери. Сестры помнят ее как очень рукодельную, добрую, активную. Такой запомнили настоятельницу Творожковского монастыря и паломники.
Инокиня Анна попала в тяжелое ДТП, и сгорела в заблокированной машине, когда гнала на именины владыки Евсевия. Монахиня, которая была за рулем, и другая находившаяся в машине сестра – в тяжелом состоянии в больнице. Они врезались на встречной полосе в маршрутку, там тоже есть пострадавшие.
Рассказывают, что мать Анна не хотела ехать на именины архиерея, ссылалась на дурное самочувствие. Но, якобы, митрополит Евсевий так разгневался, так рвал и метал, угрожая извергнуть монахиню «во тьму внешнюю», что она, когда ей позвонили и рассказали об этом, была вынуждена срочно помчаться в Псков.
Знающие люди предполагают: дело в «конвертиках». Именины для архиерея способ собрать «подарки» со всех храмов и монастырей. Обитель в Творожково не бедная, спонсоров имеет. И попытка настоятельницы уклониться от приезда на день ангела архиерея воспринята была ка попытка уклониться от обязательной «дани». Церковная экономика – еще одна «бездна, звезд полна». Многие сравнивают ее с трубой, которая все высасывает снизу, от простых священников, служащих в приходских храмах, наверх. Впрочем, это отдельная большая тема.
Многих шокировало то, что на сайте Псковской епархии долго не сообщали о гибели матери Анны. Люди заходили туда, чтобы узнать о трагической новости – а на сайте сплошные именины Евсевия. Потом владыка приехал на отпевание несчастной инокини, и сказал:
- Суета заслоняет от нас все доброе и полезное для церкви, полезное для жизни временной, земной и для жизни вечной, небесной. И находясь у гроба матери Анны поразмыслим и о своей жизни земной, всегда ли мы готовы перейти в вечность?
****
Воистину, кабала святош вокруг. И очень от этого горько. Мольера обвиняли в кощунстве, хотя он писал не о религии – он высмеивал лицемеров. Мы тоже сталкиваемся с тем, что нас стремятся обвинить в некоей «атаке на православие», в то время, как у нас душа болит о том, во что превращают Церковь ее нерадивые служители.
Мария Орлова

мурзя в профиль

Почему местная политика – самая важная, а «Тверская генерация» - опаснее Трампа

Моя политическая колонка из послезавтрашней газеты "Караван+я". Почему горожане не замечают войну против них местного ЖКХ, и насколько оно опаснее Трампа. А также почему в России всем нас..ть, что творится буквально за дверью. Статья получилась про урбанизм с уклоном в сатиру.

Основной выборный цикл в Тверской области в 2017 году связан с выборами в местные собрания депутатов, прежде всего, в Тверскую городскую Думу. Народ к таким выборам безразличен, и ничего хорошего в этом нет. К сожалению, у нас утратилось представление о том, что есть город, и в результате российские города все больше превращаются в конгломераты разобщенных и не любящих ни друг друга, ни те места, где они живут, людей. Не города, а слободы, как называл их покойный теоретик российского урбанизма Вячеслав Глазычев.

Горожане поневоле
Наша страна пережила слишком стремительную и насильственную урбанизацию. Если в других государствах решение переехать в город и пойти работать на фабрику человек принимал сам, то в СССР толпы людей носило по стране враждебными вихрями истории. Миллионы крестьян, тысячелетиями жившие в патриархальном мире крестьянской общины, были вырваны из него, распиханы по баракам и коммуналкам. Революция, Первая мировая и Гражданская война, коллективизация, индустриализация, Великая Отечественная война и последующее восстановление промышленности… Все это наложило гнетущий отпечаток на психологию нашего человека: он несет в себе изначальную родовую травму – даже если не осознает ее. Пропавшие в лагерях раскулаченные прадеды, о которых в семье никто не вспоминал, сгинувшие в окопах подо Ржевом деды. И родители, которых по открывшимся на заводе «Химволокно» лимитам на кадры отпустили из родного колхоза в Калинин. Все это накопилось в подсознании рядового тверского обитателя хрущевки на Зеленом проезде, сделало его хмурым, недоверчивым, не способным договориться с соседом. А местная беспринципная политика сделала его абсолютно безразличным к ней. Чего ею интересоваться, если она людьми не интересуется?
Отсутствие горизонтальных социальных связей отличает наши города от городов европейских. «Понаехавшие» из деревень не попадали, как на Западе, в более культурный и организованный социум, а «атомизировались» в своих хрущевках, запирались от всего мира, и даже часто, по деревенской привычки справлять нужду с крыльца, занимались этим прямо в своих подъездах.

«Глобус Твери»
Тверь – очень сложный город. Когда мы с известным антропологом-урбанистом Святом Муруновым изучали Торжок, он рассказал нам, как влияет на городскую идентичность река. Как правило, население на разных берегах ощущает себя по-разному. А в Твери протекает не просто река, а сама Волга, ось, вокруг которой выстроилась Россия. Плюс, в нее впадают Тверца и Тьмака, тоже реки своеобразные, со своей идентичностью.
Коренное городское население Твери, потомки дворян, мещан, купечества и духовенства, если и пережило катаклизмы 20-го века, было унесено «транзитной трубой», соединяющей Москву и Питер. Во втором поколении дети переехавших в столицы тверитян уже не помнят о Твери, для них это чужой скучный провинциальный город. Поэтому менталитет Твери формируется согласно тому, откуда в нее переселялись новые жители, приезжающие из деревень и сел области.
По Бежецкому шоссе и со стороны Горбатки в город двигались бывшие бежецкие, рамешковские, максатихинские и лихославльские карелы, весьегонские вепсы и т.д. (сразу забывавшие свой язык). Финно-угорские народы селились в Затверечье, поселке Вагонников, на Соминке. Это люди лесов и болот, любители рыбалки, непредприимчивые и терпеливые.
По Старицкому шоссе в город попадали потомки западных славян-кривичей, селившиеся на Борихином Поле, в Первомайском, в рабочих поселках вдоль ж-д дороги. Здесь народ поживее, побойчее, с коммерческой жилкой.
Прирожденные коммерсанты – потомки ямщиков, обслуживавших тракт Москва-Санкт-Петербург. Эти живут ближе к Московскому шоссе. Иногда их пассионарность, особенно в 1990-е, зашкаливала, и тогда из них формировались, как в средние века, разбойничьи шайки.
Были и большие советские волны, формировавшие городской менталитет. Например, когда в городе появилась Академия ПВО (переведенная в Калинин из Харькова) и несколько военных НИИ, появился особый слой жителей, связанных с военной наукой – офицеры, их жены, дети, внуки. В основном, они живут в Ближнем Заволжье (еще два «военных» района – Мигалово и Мамулино). Именно из «околовоенной» среды черпаются кадры для существующего, хотя и неизвестного начальству в Твери IT-кластера, работающего по заказам московских и западных компаний. Хотя чаще всего потомки военных и военных ученых уезжают, причем не только в Москву и Питер, но и за рубеж – закончив престижные столичные вузы.
Своя среда обитания – в районе Вагонзавода. На этом предприятии, основанном французами в конце 19-го столетия, люди работали династиями, и считали себя элитой рабочего и инженерного сословия. Им тяжело далось угасание предприятия, заводская психология – особая, люди не привыкли к жизни вне заводского забора. Поэтому сейчас добротный некогда район ощущает некоторую маргинализацию.
Район Пролетарки, давно маргинализировавшийся, наоборот, переживает, так сказать, реновацию. Вместо убыточных ткацких производств, где дешевый среднеазиатский хлопок, привезенный за тысячи километров, перерабатывался в столь же дешевую материю, здесь появились торговые центры, модные места досуга, кафе, кинотеатры. Рабочих мест, кстати, там не меньше, чем было лет 20 назад на ткацких производствах. Но эти рабочие места подразумевают иной уровень культуры, и район подтягивается за новыми требованиями.
...Так формировался город Калинин в советское время – исходя из потребностей производств расселялись производительные силы в построенных заводами домах. А те, кто на казенные квартиры не рассчитывал, тащили свои деревенские избенки, и ставили их неподалеку от въезда в город со стороны родной деревни.

Гетто, которые строятся для тверитян
Сегодня город Тверь выстроится даже без этой, ущербной, но системы. Положительный пример нового формирования пока один – уже упомянутый мною район Пролетарки. А отрицательных – тьма, и не все из них еще осознанны.
Например, в потенциале, очень опасны растущие как грибы после дождя многоэтажки у Бобачевской рощи, за «Южным», в «Юности» и «Радужном», на Дорошихе, за Соминкой. Дома эти расположены так, что те, кто ищет добротную квартиру для жизни с семьей на долгие годы, ими даже не заинтересуется – понятно, что когда «людские муравейники» заселятся, здесь возникнет масса проблем: со школами, детсадами, медициной, с парковкой, в конце концов. Поэтому эти плотно стоящие рядом друг с другом блочные дома делают ставку на квартиры-студии. Да, у нас очень много людей, которые только купив такие квартиры, могут решить проблему собственного жилья. Накопить несколько сотен тысяч на первоначальный взнос, взять посильную ипотеку – и въехать в крохотную квартирку, где совмещены кухня со спальней. Но эти люди сразу же начнут думать об улучшении жилищных условий – особенно, если речь идет о молодых семьях, у которых появляются дети. И крохотные квартирки начнут менять своих хозяев, и дешеветь – пока не превратятся в трущобы.
От советских времен нам досталось много чего плохого, но не было такой «язвы» на теле городов как социальные гетто. Теперь, видимо, они будут, причем при попустительстве властей. Губернаторы отчитываются в Москву количеством сданных квадратных метров, но о качестве их не задумываются – грамотное развитие городов, почему-то, не входит в курс ликбеза для юного градоначальника.
Идет активный снос старых домов в Затверечье. На днях был разобран по кирпичику брошенный еще в конце 80-х годов 20-го века затверецкий роддом. На самом деле, это усадьба 18-го века, памятник культурного наследия. Приватизировавшие в начале 90-х здание роддома могущественные тогда Савенковы (такая известная тверская предпринимательская фамилия), видимо, ждали, когда время само сделает то, что нельзя делать по закону – разрушит памятник. И дождались. Говорят, здесь не обошлось без «волшебного пинка» со стороны губернатора Рудени. Что будет на месте бывшего роддома, пока неизвестно. Надеемся, не банальный кирпичный дом, а что-то, что украсит это приятнейшее место Твери. Может быть, будет убран берег, расчищен пляж (мечты, мечты, где ваша сладость?).
Если в районе новых многоэтажек возникает гетто для бедных, здесь давно пытается сформироваться гетто для богатых. Надеемся, это не выйдет – гетто плохо для своих обитателей в любом случае.
...В минувшие выходные довелось посетить две деревни, одну – старинную дачную, где люди просто покупали и переделывали деревенские дома. Другую – поблизости, в таком же красивом месте построенный коттеджный поселок с недорогими симпатичными домами. В старой деревне воскресным вечером кипела жизнь. Там были какие-то импровизированные волейбольные площадки, где команда молодежи играла против команды «ветеранов», на скамейках перед домами сидели женщины всех возрастов, и чесали языками. Просто в деревне оказалась общественная зона – большая поляна перед домами, и людям есть, где общаться с соседями. В новом коттеджном поселке такого места даже не предусмотрено. Предполагается, что люди будут подъезжать к домам, и сразу прятаться за заборами.
Раньше общение между соседями происходило у колодца (или у водопроводной колонки, как во времена моего детства). Центром «маленьких местных разговоров» (так называется в урбанистике ни к чему не обязывающее общение между соседями на улице) обычно становятся небольшие магазинчики, овощные развалы, булочные, кофейни, прилавки газетных киосков. Именно в таких местах можно перемолвится о важных новостях типа затевающейся поблизости стройки, разрытой посреди дороги ямы. У нас, как специально, такие места ликвидировались с упорством, достойным лучшего применения.
Хотя , согласитесь, очень важно иметь такое общественное пространство, где можно пообщаться с соседями, не сильно пуская их в свою жизнь. Наши дома и даже новые коттеджные поселки подразумевают в общении с соседями принцип «все или ничего». То есть, либо мы дружим, ходим друг ко другу на шашлыки и выпивать по субботам. Или – не разговариваем вообще.
Как правило, наши люди выбирают второй вариант. Соблюдать осторожность их приучила жизнь. Только ожидая мусорной машины с мешками с мусором в руках, жители частного сектора в Твери могут обменяться репликами о жизни на своей улице. Зато в геополитике все поднаторели, и часто вместо насущных проблем тверские пенсионеры предпочитают обсуждать Трампа.

Пора вернуть эту землю себе
Между тем, городская политика существует. И это именно та политика, которой надо интересоваться, которая касается нас. Поверьте, ни Сирия, ни Украина не способны причинить жителю Твери столько вреда, как причиняет «Тверская генерация», регулярно отключающая нам тепло и горячую воду, а также роющая ямы посреди проезжей части. Так почему же при слове «Тверская генерация» уши у людей сворачиваются в трубочку? Неинтересно? Надо себя заставлять интересоваться, иначе завтра все полетит в тартарары. И не в Сирии, а у вас дома.
Сейчас формируются списки кандидатов в Тверскую городскую Думу. Мы помним времена, когда в Гордуме действительно заседали люди, хотевшие изменить город к лучшему. К сожалению, длилось это недолго, очень быстро легализировавшийся тогда криминал понял, что ТГД – подходящее для них место, и сумел освоить нехитрые «предвыборные технологии», подкуп алкашей и «карусели». Помнится, эти «технологии последнего дня» стали специализацией нынешнего министра по работе с территориями Тверской области Андрея Зайцева. Именно тогда была избрана знаменитая Дума во главе с Виктором Почтаревым – половина которой была посажена за взятки
И народ, поняв, что без него все решено, перестал интересоваться выборами в муниципальный представительный орган. Потом перестали избирать мэров, и городская власть окончательно зашагала параллельным от жителей города путем. Спроси жителя Твери, кто сейчас возглавляет город – никто не ответит (а между тем, фамилия этого человека – Алексей Огоньков).
Насколько мы знаем, в день выхода нашей газеты конференция «Единой России» должна была бы утвердить списки кандидатов в Гордуму Твери и районное собрание Осташковского района. Но ни там, ни там эти списки не готовы. В Твери по-прежнему не знают, что делать с результатами праймериз. Якобы губернатор Игорь Руденя, замкнувший на себе все окончательные решения по любому вопросу в регионе, велел, чтобы в списках не было ни одного коммерсанта, только врачи, учителя и т.п. . А бизнесменов там, как минимум, семь человек.
Наш депутат и вице-спикер Госдумы РФ Владимир Васильев, возглавляющий фракцию «Единая Россия», выступил перед депутатами Законодательного Собрания Тверской области, и велел им найти на своих округах достойных людей, и помочь им избраться в Городскую Думу. Вроде как, выстроить вертикаль депутатства. Депутаты побрели искать – что делать-то, раз начальство приказало.
Хотя и «мутные» бизнесмены, и врачи и учителя одинаково бесполезны в серьезном и важном деле городской политики. Одним нужны госконтракты, другим – вообще непонятно что, статус или прибавка к зарплате. А депутат, представляющий интересы избирателей существует для того, чтобы защитить людей от произвола управляющих компаний, добиться, чтобы возобновили маршрут автобуса, начали вывозить мусор, и еще много полезного может сделать. Иначе всеми этими вопросами придется заниматься губернатору Игорю Рудене. Или вообще президенту Путину, которому дозвонится кто-нибудь во время очередной «Прямой линии»… Давайте как-нибудь раскрутим эту спираль обратно, вернем эту землю себе.
Мария Орлова

мурзя в профиль

Покинул ли преподобный Нил Селигер? Специально для Кураева репортаж с места событий

Визит патриарха Кирилла: как это было
Почему отменили крестный ход с мощами преподобного Нила Столобенского?





Главным религиозно-политическим событием это лета должен был стать визит на Селигер, в Нило-Столобенскую пустынь патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Торжества анонсировались с 8 по 12 июня. Сам визит патриарха ожидался 9 июня, в день, когда празднуется 350-летие обретения мощей преподобного Нила Столобенского. Мы отправились по святым местам Селигера, чтобы увидеть подготовку к празднику и участвовать в торжествах. Скажем прямо, то, что мы увидели, было неожиданно.
Из Твери создавалось впечатление, что подготовка к визиту патриарха идет мощная. Доходили слухи о появившихся в Осташкове хороших дорогах (небывалое явление за весь обозримый исторический период). В официальных СМИ выходили бравурные репортажи о новом мосте от Светлицы на остров Столобный.
Было видно, что для губернатора Игоря Рудени, человека искренне верующего, православного, визит предстоятеля Русской православной Церкви важен лично. И он делает все, чтобы торжества прошли без сучка и задоринки.
Но, увы, в этот раз как никогда было важно наличие работоспособной команды, а также помощников на местах – в Осташковском районе, в самой Церкви… Судя по всему, команды и помощников не было. Чиновники областного правительства озабочены своим выживанием в кабинетах: боятся сделать что-то не то – и поэтому не делают ничего. Власть на местах разгромлена, и профильным заместителям губернатора, а также министрам регионального правительства просто не с кем разговаривать, когда они приезжают в Осташковский район. Глава Осташковского района Михаил Тузов – под каким-то мутным уголовным делом, главы поселений затаились в преддверии упразднения  (в районе собираются сделать единый «городской округ», в связи с чем муниципальные руководители низшего звена уже сейчас перестали что-либо делать).
Солнце скрылось по молитве
Шоссе Тверь-Осташков почти не изменилось, такое же, как было. Дорога до Ниловой пустыни мало чем отличается от того, какой она была лет 10-15 назад, когда мы часто сюда ездили. Однако, по словам местных жителей, она существенно лучше, чем два-три года назад.
7 июня, когда мы приехали в деревню Светлица, над Селигером светило яркое солнце, и казалось – еще пара дней, и можно будет купаться. В этот день в Осташкове проходила научная конференция «Селигерская земля в истории, культуре и духовности России». Предыдущий такой форум был здесь в 2005 году, в 10-ю годовщину перенесения мощей преподобного Нила Столобенского из Осташкова в Нилову пустынь. Участникам было с чем сравнивать. В тот раз покойный архимандрит Вассиан, первый настоятель Ниловой пустыни после возрождения монастыря, принимал историков, краеведов и музейных работников в трапезной обители, угощал их обедом, долго с ними беседовал. Сейчас все было гораздо скромнее, монастырь практически устранился от научно-исторической части праздника. Спасибо, что на экскурсию в Нилову пустынь свозили – правда, краеведы были покороблены происходящем в монастыре «благоустройством». Один из них позже признался мне позже, что посмотрев на загорающих на бережку иеромонаха Дионисия (Батраева), ответственного за организацию торжеств от Тверской митрополии, и епископа Канского и Богучанского Филарета (Гусева), бывшего помощника тверского архиерея Виктора, помолился в душе: «Преподобный отче Ниле, ты же великий чудотворец! Пошли этим деятелям 9-го июня дождь на весь день, чтобы посрамились они перед лицом начальников».
И преподобный услышал любящего Тверскую область и его обитель человека.

Нилова пустынь: символ надежды в 90-е
…Лично я первый раз побывала в Нило-Столобенской пустыни как раз во время перенесения мощей преподобного Нила Столобенского из Осташкова в возрожденный монастырь, в июне 1995 года. Тогда в торжествах принимал участие патриарх Алексий II, и в Осташков и Нилову пустынь приехали много тысяч паломников, которые прошли крестным ходом 25 километров от города до деревни Светлица.  Это были романтические времена возрождения Церкви, когда казалось, что возвигнутся стены монастырей – и люди изменятся. Мои друзья массово шли в священники, не зная, какие испытания уготовал им Господь. (Тогда, кстати, за торжества в Осташкове отвечал игумен Юстиниан, первый настоятель тверского Вознесенского собора. После этого его карьера пошла резко вверх, он быстро стал епископом, и сейчас, в 2017 году, приехал на торжества уже как архиепископ Калмыцкий и Элистинский. Возможно, молодой нынешний настоятель Вознесенского собора Дионисий (Батраев) думал, что ему тоже уготован такой карьерный скачок, но если в 1995 организация торжеств была на уровне, то сейчас она, можно сказать, провалилась. Впрочем, не будем забегать вперед).
Первыми благотворителями возрожденного монастыря были тверские предприниматели. Особенно много сделал Павел Панкратов, директор экскаваторного завода. Силы предприятия были брошены на то, чтобы сделать монастырь более или менее обжитым, не похожим на руины. Тверитяне помнят телемарафон «Всем миром», которые провели для сбора средств на реставрацию Ниловой пустыни сотрудники тверского телевидения Валентина Быкова и Александр Кокарев. В Ниловой пустыни царил особый дух – в небольшом отремонтированном приделе Богоявленского собора монастыря и икон-то почти не было, зато были настоящие верующие, пробивавшиеся сюда в любую погоду, из разных городов.
Потом появились серьезные спонсоры. Архимандрит Вассиан, полвека хранивший мощи преподобного Нила Столобенского в Осташкове, ушел на покой из-за тяжелой болезни, и во главе монастыря стал Аркадий (Губанов) – так сказать, «эффективный менеджер». Корпуса монастыря покрылись свежей штукатуркой и стеклопакетами. Рядом с собором появилась специальная «архиерейская гостиница». Сам собор тоже был отремонтирован – в стиле «провинциальный евроремонт». Вроде, «дорого-богато», всюду позолота, а души, или, по-светски выражаясь, стиля не чувствуется. Побывав здесь года три назад, я еще подумала – каково преподобному Нилу, отшельнику, ушедшему на пустынный берег Селигера подальше от людской суеты, лежать среди всего этого китча?

…и уныние наших дней
То, что мы увидели в Ниловой пустыне на этот раз, даже китчем не назовешь. Сейчас все здесь похоже на совковую промзону. Вековые деревья у входа и моста на остров уничтожены. Похоже, что о. Аркадий (Губанов) и местные монахи не очень внимательно читали житие святого Нила. Там есть эпизод с попыткой окрестных крестьян срубить на острове Столобном деревья - святой наказал их слепотой!
Вместо красивого деревянного мостика появился шатающийся и дребезжащий железный мост из какого-то профнастила. Территорию засыпали серой грязью – якобы, гранитной крошкой. Видимо, в последний момент кто-то из начальников обратил внимание, что эта серая грязь смотрится отвратительно, поэтому уже при нас, когда до визита патриарха было меньше суток,  ее засыпали сверху известковой щебенкой.
В анонсах торжеств указывалось, что ожидается 10 тысяч паломников. Специально для них был приготовлен палаточный лагерь на территории бывшего лагеря кремлевской молодежи «Селигер». Паломникам предлагалось регистрироваться на сайте Тверской митрополии, к этом призывал огромный транспарант в центре Твери, на стене Вознесенского собора. Зарегистрировавшихся было 1300 человек. Но отнюдь не все из них доехали до Ниловой пустыни.
В мини-гостинице, где мы остановились, гостила супружеская пара из Ржева. Эти люди тоже приехали на праздник в честь Нила Столобенского и на патриаршье богослужение. Накануне они съездили на разведку в Нилову пустынь, от кого-то узнали, что к монастырю будет не подъехать, надо идти пешком пять километров – и уехали. В самом Осташкове ходили легенды о повышенных мерах безопасности, и осташи, памятуя о том, что лагерь «Наших» был недоступен в моменты высочайших визитов, тоже отказались от мыслей о поездке.
Мало того, на визит патриарха практически не аккредитовывали журналистов! Автобус с прессой пошел полупустой, но нам, например, в поездке в Нилову пустынь отказали (пресс-служба не знала, что мы уже там).
В результате этого искусственного «отсекания» желающих побывать на торжествах народу оказалось крайне мало. Не помогло даже то, что из Твери и районов привезли чиновников. Многие из них просто не пошли в храм. Доехали до автостоянки – и отправились куда-то выпивать.
Хотя, на самом деле, между автостоянкой и монастырем постоянно курсировали маршрутки. И попасть в Нилову пустынь было несложно – было бы желание. Правда, когда по молитве того краеведа 9 июня зарядил обложной холодный дождь, это желание пропало у многих.

Патриарх мог не прилететь
В том числе, как рассказывают наши источники, засомневался, надо ли ему в Нилову пустынь сам патриарх Кирилл. Утром 9-го июня сотрудники ФСО объявили, что визит может не состоятся. Правда, чуть позже в небе над Селигером все же застрекотал вертолет. Немногочисленные паломники, стоявшие у храма с 8-ми утра, к тому моменту уже окончательно продрогли. Но в храм пускали только по специальным приглашениям – согреться было негде.
Судя по видеотрансляции, церковь была заполнена чиновниками, и непонятными казаками. Народ стоял не сильно плотно, и периодически выходил подышать. Депутаты Законодательного Собрания Тверской области, тоже привезенные загодя, выстроились в левом приделе храма, откуда не было ничего видно и слышно.
Патриарх Кирилл возглавил богослужение, в котором участвовало 16 митрополитов, архиепископов и епископов, пел хор Московской духовной академии. Богослужения патриарха, да еще в трансляции телеканала «Союз» - это всегда вдохновляющее зрелище. Наш митрополит Тверской и Кашинский Виктор стоял в дальнем углу, и не часто попадал на экраны. Но когда попадал, глаза слепил его раззолоченный наряд, самый роскошный среди всех присутствующих.
Что-то пошло не так, когда перед причастием мирян начал говорить проповедь печально известный иеромонах Иаков (Степкин). Наша газета много писал о нем года два назад, когда этот боримый многочисленными страстями монах был наместником тверского храма Трех исповедников. Если помните, сначала он дрался со служащими храма – в том числе, со старостой Еленой Губановой, бывшей женой настоятеля Ниловой пустыни Аркадия (Губанова). А потом стал фигурантом уголовного дела о растлении несовершеннолетнего мальчика. Дело было замято, а Иакова (Степкина) отправили на исправление в Нилову пустынь.
Иаков (Степкин) говорил правильные вещи: о подлинной христианской свободе, о том, что нельзя относится к Нилу Столобенскому, просто как к красивой легенде -если вы пришли к нему с таким настроем, преподобный не откроет вам окошко своей пещеры, а наоборот, затворится от вас, и как-нибудь накажет. Но в устах этого человека правильные слова звучали какой-то пародией.
По слухам из алтаря, патриарх Кирилл был крайне недоволен появлением Степкина, который приехал в Тверь из Смоленской епархии, где раньше был митрополитом сам Кирилл. Скорее всего, патриарх в курсе всех недостатков этого человека, и подсовывать его для произнесение проповеди было просто непростительно. Не знаем, как просмотрела этот момент патриаршья служба протокола, но факт остается фактом: именно после проповеди Степкина курсанты Академии ПВО, сначала выстроившиеся по пути следования крестного хода с мощами Нила Столобенского, получили команду построится вдоль пути из храма в гостиницу. Решение об отмене крестного хода было принято.
После причастия (людей вне храма причащали тверские священники, которые вынесли чаши на паперти собора, причастников было немного), патриарх Кирилл сказал проповедь: о том, что такое быть подвижником. И наградил ряд знаковых для Тверской области людей. Так, получил орден бывший глава администрации Тверской области Владимир Суслов, при котором начиналось возрождение Ниловой пустыни. Награжден и руководитель агрохолдинга «Дмитрова Гора» Сергей Новиков. Патриаршьи грамоты получили архимандрит Аркадий (Губанов) и тверская художница Людмила Юга. Губернатору Игорю Рудене патриарх Кирилл подарил икону Покрова Богородицы.
Когда патриарха приветствовал митрополит Тверской и Кашинский Виктор, многие обратили внимание, что руки пожилого митрополита ходили ходуном, и от волнения он сильно путал русские слова. Еще бы – отмена крестного хода, который 22 года проходил в обители, дурной знак! Преподобный Нил затворил окошко своей пещеры.
Известный богослов протодиакон Андрей Кураев, пристально следивший за историей с приключениями иеромонаха Степкина, даже предположил, что преподобный покинул Селигер. Нет, не покинул, а всего лишь отвернулся от ряда насельников своей обители….

Исток Волги – благоустройство на грани разорения
После Ниловой пустыни патриарх Кирилл полетел на Исток Волги. Мы побывали там накануне, и поняли, что в дождь грунтовая дорога от деревни Свапуще до Волговерховья будет совсем непроезжей – ее только что подсыпали свежим мокрым песком, который просто не успели как следует утрамбовать. Даже в сухую погоду мы увидели улетевшую в овраг при заносе машину. В ливень отправлять сюда автобус с паломниками было бы смертельно опасно.
Вечером перед визитом патриарха на Истоке вовсю работала дорожная техника и многочисленные таджики – зрелище было еще более грустное, чем в Ниловой пустыни. Грязь, всюду бетон и пресловутая гранитная крошка (она же серая грязь). В начале деревни оборудован целый аэродром, две бетонные вертолетные площадки. Мы подслушали разговор какого-то начальника с работягами: они объясняли ему, что делать крышу надо 20 дней, а он велел им управится за ночь. Апофеозом того, что мы увидели, был стоявший на улице унитаз.
Когда мы уезжали с Истока, туда прилетел с инспекцией губернатор Игорь Руденя. Он поинтересовался нашим мнением, и мы честно сказали, что за то, что тут понаворочено, надо кое-кому что-то отрезать.
- Зря вы на вертолете прилетели, проехались бы по дороге, и поняли бы, кого и за что наказать!
Судя по фотографиям, на следующий день патриарх Кирилл служил водосвятный молебен на истоке только в обществе тех, кто поместился в вертолеты. Машины в дождь туда бы не пробились.
И на Волговерховье, и в Ниловой пустыни мы дважды пообещали губернатору Игорю Рудене написать всю правду о том, как мы увидели нынешние торжества. Игорь Михайлович, мы видели, что вы старались и пытались сделать как лучше. Но одному со всем не справиться, и 350-летие обретения мощей Нила Столобенского этого показало. Сделайте что-то со своим окружением – ведь дальше будет только труднее, соратники понадобятся.
Мария Орлова
мурзя в профиль

Анализ уже подступающего "победобесия"

Флешмоб «Смуглянка», или Зачем из Великой Отечественной войны делают карнавал?

За несколько дней до Дня Победы – самое время подумать о роли этого праздника в нашей нынешней жизни. Уходят настоящие ветераны, те, кто знал, что война – это прежде всего страдания, кровь и боль. Кто приходит им на смену? Что сейчас для нас та далекая война? В начале 2000-х было решено, что это «точка сборки», часть нашей истории XX века, которую признают безусловно героической все, вне зависимости от политических взглядов. С тех пор использование авторитета Великой Отечественной в современных целях нарастало и нарастало. Заслуги дедов и прадедов выдавались за собственные. Образом героического прошлого замещалось не очень приглядное настоящее.

«На Берлин!» у гипермаркета
Вырисовывается причудливая постмодернистская смесь из штурма картонного «Рейхстага» в подмосковной Кубинке, разного рода «духовных скреп», наклеек на автомобили «На Берлин! Можем повторить», продающихся на стоянке рядом с немецким гипермаркетом «Глобус» и ряженых «ветеранов», которых во время Великой Отечественной войны не было даже в проекции.
Например, Тверскую областную организацию ветеранов войны, труда, Вооруженных сил и правоохранительных органов возглавила дама 1956 года рождения – такая Лариса Щербакова. Ее муж, депутат гордумы Николай Локтев, филолог по образованию, пошил себе казачий мундир и справил шашку. Эта семья «ветеранов Куликовской битвы» в 80-е была той самой молодежью, которая презирала тогда еще бодрых 60- и -70-летних ветеранов – за их вечное недовольство новыми поколениями, уверенность в собственной правоте и резонерство. А вот прошло лет 35 – и сами они стали такими же. Только без дедовых заслуг, с весьма сомнительным прошлым.
В те же 70-80-е разного рода фонды мира и комитеты ветеранов возглавляли люди, за плечами которых были фронтовые дороги. Сейчас подобными общественными организациями руководят люди, которые в своей «боевой юности» снимали колеса у «жигулей» университетских преподавателей (как один действующий депутат Тверской городской думы, не будем показывать пальцем). Или вообще насиловавшие девиц и срывавших с прохожих шапки (как пара депутатов Законодательного собрания Тверской области, бывших и действующих). Такие люди теперь претендуют на роль учителей морали.
И при этом на прошлой неделе в Тверской области создается Координационный совет по вопросам духовно-нравственного воспитания! Председатель – губернатор Игорь Руденя, сопредседатель – митрополит Тверской и Кашинский Виктор. Почему-то от этой новости становится не по себе. Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин, наш вице-губернатор приснопамятный, писал, что ежели заговорили о патриотизме – значит, где-то проворовались. То же самое и с духовно-нравственным воспитанием: если кто-то сильно налегает на эту тему, значит, чует за собой какой-то грех. На воре шапка горит, как гласит русская пословица. Подозреваем, что вышеупомянутые граждане, отставные насильники и похитители колес и шапок, непременно войдут в этот совет. Как же без них!
Еще печально то, что таким чиновничьим формализмом убивается все живое. Как в годы позднего застоя все высокие слова обесценивались их частым и казенным повторением, и лозунги типа «Слава труду!» способствовали выработке отвращения к любой работе – так и сейчас все эти ритуальные заклинания с участием митрополитов ничего, кроме раздражения, не вызывают.
Надо понимать, что за годы капитализма в России выросло и вошло во взрослую жизнь абсолютно новое поколение. Первое сытое и небитое поколение отечественных граждан за всю историю. Им, надо думать, все эти игрушки из застойных лет вообще непонятны и неприятны. Хотите заниматься духовно нравственным воспитанием – занимайтесь. Идите в дома престарелых, как ребята из фонда «Старость в радость», собирайте деньги на дрова престарелым и малоимущим, как волонтер из Торжка Николай Романенко. Или создавайте тверской хоспис, как делает, не обращаясь к епархии за помощью, известный тверской священник Александр Шабанов. А сидеть в президиуме – это забалтывать проблему, сотрясать воздух.

Ветераны реальные и мифические
Это как с тем же патриотизмом. Пока ветераны были живы и бодры, они были никому не нужны. Как только их почти совсем не осталось – тут тебе и «Спасибо деду за Победу», и марши «Бессмертного полка». Изначально хорошие человеческие акции превращаются в чиновничью мертвечину буквально за пару лет. Журналистка Наталья Лосева, пишущая на темы православия, придумала в 2005 году раздавать в День Победы георгиевские ленточки. Пока эти занимались журналисты и энтузиасты, это был хороший объединительный проект. Как только вмешалось государство – все, ленточка стала сначала повязываться на все приличные и неприличные места под поедание шашлыка, а потом и вовсе стала символом войны на Украине.
«Бессмертный полк» тоже несколько лет назад придумали журналисты, наши коллеги из Томска. Это была искренняя дань памяти тем, кто ушел, не успев повидать своих внуков и правнуков. Но уже в позапрошлом году мы наблюдали в Москве, как люди ехали на марш «Бессмертного полка» с одинаково изготовленными портретами явно посторонних им людей (ну не будет человек ставить на пол в метро вниз головой портрет своего прадедушки, а после марша никогда не выкинет его в мусорный бак!).
А в этом году доходят новости из Тверской области: в Кимрах велели приходить на марш «Бессмертного полка» только с портретами заранее установленного образца. Типа так ряды марширующих красивее выглядят на фотографии. То, что изначально идея акции была в том, чтобы вместе с детьми, никогда не знавшими своего прадеда или прапрадеда, самим сделать транспарант с его портретом и там самым приобщить ребенка к истории семьи, – чиновники не понимают. Либо заказывайте транспарант у специальной конторы, либо валите отсюда со своей семейной памятью – без вас обойдется городская администрация, дворников выведет с портретами неизвестных военных.
Наши коллеги из одной уважаемой тверской газеты начали сбор денег на… тортики для ветеранов. Типа, бросьте деньги на заправке в специальный ящичек – и получите за это наклейку «Спасибо деду за Победу!». А журналисты за вас посетят этих дедов – старикам же так нужно общение! Спрашиваю коллег:
– Вы представляете, о людях какого возраста идет речь?  Лет 20 назад они, может быть, и поели бы с вами тортик с чаем, а то и чего покрепче выпили бы, повспоминали бы минувшие дни. Но теперь самым молодым ветеранам, тем, кого призвали в 1945 году, – 90 лет. И без гипертонического криза им визит журналистов не перенести. Тут надо на сиделок собирать, а не на тортики и чай.  А деды поколения, которое сейчас входит в жизнь, родились в 50-е годы. Им, что ли, за Победу спасибо?
Девушки из уважаемой газеты возмутились:
– Как вы можете говорить, что нашим дорогим ветеранам нужны сиделки! Они же такие героические, и еще нам фору дадут!
Увы, в России вообще мужчины живут недолго. У моих ровесников и отцы-то уже ушли, а деды – так давным-давно. Если вообще вернулись с войны. Мне лично повезло: два моих дедушки, начавших войну в 1941 году молоденькими лейтенантами, остались живы и жили до старости – так, что я во взрослом возрасте смогла с ними много общаться. Один дедушка, кадровый военный, служивший в ПВО, вышедший в отставку в звании полковника, о войне не рассказывал вообще. Другой дед, командир танкового батальона, демобилизовавшийся после войны, под конец жизни разговорился – но тоже вспоминал в основном бытовые подробности. Над «профессиональными ветеранами», в годы моего детства активно ходившими по школам с рассказами о войне, деды подсмеивались. «Это политруки!» – говорили они презрительно.
Моему тоже уже покойному отчиму в этом году было бы 82. Дедушка-полковник говорил о нем с непередаваемым выражением лица: «Ну он же не воевал!» Отчим, выпускник юрфака Ленинградского университета, любитель рок-н-ролла и радио «Свобода», тоже делал при этом ироническую гримасу: «Не мог по возрасту, не призывной был в свои 6 лет». Наверное, покойный отчим очень бы смеялся, если бы его приняли за деда, которому «спасибо за Победу». Но некоторые не возражают: недавно один молодой человек уверял меня, что возраст ветеранов начинается… с 76 лет. Напрасно я пыталась объяснить ему, что в 4 года люди никак не могли участвовать в войне. «Они могли быть сынами полка!» – выдал мне этот юноша.

Война – не майская прогулка в Горсаду
Кстати, сейчас этих 4-летних «ветеранов» как пруд пруди. По детским садам идет фотографический «сенокос» с переодеванием детишек в гимнастерки и пилотки: девочки изображают фронтовых медсестер, а мальчиков могут даже в НКВДшников нарядить («Кто шагает дружно в ряд? Это наш заградотряд!»).
9 мая в Твери в горсаду вообще пройдет детский парад Победы – смотр мальчиков и девочек в военной форме и вручение призов за лучшие костюмы. Дети примут участие во флешмобах «Синий платочек» и «Смуглянка», а также соревнованиях «Мама, папа, я – патриотическая семья». Вам не кажется, что это уже глумление какое-то? День Победы превращается в карнавал. Сегодня девочка – Золушка, завтра – фронтовая медсестра. И то и другое весело и красиво, за лучший наряд – приз. Как можно настолько утратить чувство такта и меры? И кто реально хочет для своего сыночка, вот этого трогательного мальчика, участи солдата Второй мировой, ползущего в этой пилотке и гимнастерке среди ржевских болот по трупам товарищей?
Впрочем, эти карнавалы – свидетельство того, что война все дальше. Уже никаких личных воспоминаний не связывает с ней молодых мамаш, наряжающих детей столь неподобающим образом. Весь ужас, боль и кровь остались в прошлом, теперь что «В бой идут одни старики», что «Гусарская баллада» – просто романтичные музыкальные фильмы про какие-то отечественные войны, которые для молодых людей второго десятилетия XI века обе являются давней историей.
Только бы не потерять страх войны за этим карнавалом. Страх, который въелся в плоть и кровь предыдущих поколений и от которого избавлены поколения новые. Все это – очень опасные игры.
Мария Орлова
мурзя в профиль

С куличом во главе

Моя политическая колонка из послезавтрашнего "Караван+я". Что делать, если губернатор - дюже православный? (Размышления прихожанки со стажем,между прочим)

Куличи и политика
Очень Православные Чиновники как новый тренд

Главным событием прошлой недели для христиан всех конфессий была Пасха. И сегодня, на Светлой пасхальной неделе хотелось бы поговорить на непростую тему – о роли Русской православной Церкви в сегодняшней политике. В частности, в политике региональной. Не секрет, что Тверская область год назад получила Очень Верующего Губернатора. Хорошо это или плохо? Пока мнения сильно расходятся…

«Благотворители и благоукрасители» поневоле

Сразу подчеркну: я сама человек православный. Хожу в храм каждую неделю, причащаюсь. Поэтому то, что я собираюсь писать, знаю изнутри, причем долгие десятилетия. О чем-то скорблю, как о болезни близкого, что-то вызывает у меня сочувствие. Но злопыхательством тут не пахнет. Это необходимое пояснение, сейчас поймете, почему я его делаю.
Итак, некоторое время назад Игорь Михайлович Руденя, губернатор Тверской области, на заседании Правительства региона объявил о своем намерении перечислить свой месячный оклад в фонд строительства Спасо-Преображенского собора. Министры и начальники департаментов замерли: они поняли, что им тоже придется раскошеливаться. И да, из недр областной администрации до нас доносятся слухи, что придется. Говорят, всем велено перечислить по месячному окладу – независимо от взглядов и убеждений. Чиновники, конечно, народ не бедный, и у них даже есть такая забытая во внебюджетной сфере штука, как тринадцатая зарплата. Но как-то не почувствовалось в ответной реакции бодрости и понимания. А комментарии к новости об этой инициативе Игоря Рудени на сайтах тверских СМИ и в соцсетях и вовсе поражали своей злобой – народ не только не понял и не принял этот поступок губернатора, но и гневно осудил его.
Еще несколько лет назад и благотворительность со стороны власть предержащих осуществлялась не так, и религиозность их проявлялась несколько по-другому. Помню, например, как, как-то случайно зайдя среди буднего дня в один из тверских храмов, я увидела, что бывший глава администрации Твери Василий Толоко передает настоятелю деньги - на колокола. Василий Борисович, увидев меня, попросил не писать об этом. Я и не писала, но сейчас Василий Толоко уже давно не работает в Твери, и поступок его я просто привожу как пример обычной христианской благотворительности: делать добро надо так, чтобы твоя правая рука не знала, что творит левая. Или, например, много лет назад ранним утром увидела я в Вознесенском соборе стоящего в очереди к исповеди замгубернатора Владимира Грабарника. Не в алтаре у настоятеля он исповедовался, а у простого очередного священника, который, может, и не знал, что этот мужчина с бородкой – заместитель губернатора. Идиллические были времена. Тогда православие не было государственным трендом, все происходило по велению сердца, по зову души. А сегодня атмосфера вокруг Русской православной Церкви создалась какая-то совсем другая. Чем это объяснить?
Политолог Екатерина Шульман в нашей с ней беседе перед состоявшейся в марте в Твери ее лекцией, особо отметила сложившийся феномен «бюрократического православия». Наше общество, как ни крути, за годы советской власти утратило связи с христианством на 99%. Даже бабушки и дедушки нынешних сорокалетних людей взрослели в атеистической среде. Недаром разговор о религии, согласно последним опросам Левада-центра, наш народ считает чем-то неприличным – он в ней ничего не понимает, и понимать не хочет.
Все взаимодействия с Церковью для обычного человека, в том числе, для бюрократа высокого ранга, это, в основном, некая обрядовая магия, «обереги на успех» (которого, кстати, христианство никому не обещало никогда – мы чтим Распятого Христа, святых мучеников, отшельников и прочих «лузеров» мира сего). Но для государственного чиновника, которого встречают пирогами игуменьи, и который дает миллионы архиереям «на паломничество на Афон» Церковь – еще и клуб, где можно чувствовать себя правильным и хорошим человеком, не вдаваясь в подробности православного богословия, пожалуй, самого сложного из всех богословий мира.
Страшный опыт 20-го века показывает: все может измениться вмиг. И если завтра одобряемой «свыше» идеологией опять станет государственный атеизм, много ли из нынешних благочестивцев рискнут остаться в Церкви, зная, что в любой момент могут оказаться на Соловках, и отнюдь не в качестве паломников?
В общем, в религиозном отношении народ и власть перестали понимать друг друга. Чиновники искренне думают, что людям нравится, когда они, например, передают Церкви Исакиевский собор – а люди злятся. Чиновники думают, что отдать зарплату на храм – хороший пиар, а люди негодуют… И пропасть эта все шире с каждым неловким шагом церковных или светских властей навстречу друг другу. Но «наверху», ни в Церкви, ни во власти, нет понимания глубины ширящейся пропасти, ее просто не видят.

Околоцерковные назначения

Год назад, приехав в Тверскую область, Игорь Руденя в первую очередь решил увидеться со здешним архиереем, митрополитом Тверским и Кашинском Виктором. В общем, это было логично: владыка Виктор возглавляет Тверскую епархию в конца 80-х, и уж наверное, должен был бы знать, где здесь люди хорошие, а где – нехорошие. Но мир наш неидеален, и давно воцерковленные люди знают про все западни, которые могут поджидать в общении с отечественными архиереями. Достаточно погуглить – и узнаешь, кто какой страстию борим (хотя есть и безусловно праведные владыки, но их меньшинство). В общем, связавшись с владыкой Виктором Игорь Руденя попал во внутриэлитную конфликтную ситуацию, которой счастливо избежали предыдущие маловерующие губернаторы, державшиеся от митрополита на почтительном расстоянии.
В Тверской митрополии есть разные священники и монашествующие, среди них большинство – очень достойные люди. Помогать храмам можно и нужно. Но даже в Твери есть храмы, которым помощь нужна гораздо больше, чем Спасо-Преображенскому собору, необходимость восстановления которого подвергается сомнениям в том числе в православных кругах. В конце концов, тверской Спас – это такой мемориальный храм, люди в нем не сильно нуждаются. А вот церковь Божией Матери Неупиваемая Чаша в Южном, которую не могут построить уже 20 лет, действительно необходима – как единственный храм в огромном спальном районе, а также как центр борьбы с пьянством и наркоманией. Священники, брошенные в этом форпосте православия среди блочных советских трущоб, держатся до последнего издыхания (один, отец Алексей Расев, уже не выдержал, скончался в возрасте 47 лет). И никакому губернатору нет дела до этой недалекой окраины.
Вот еще религиозно-политическая новость. Иеромонах Дионисий (Батраев) назначен советником губернатора Игоря Рудени. Во вторник, 18 марта, в Тверской митрополии прошел Пасхальный прием – именно Дионисий курировал его подготовку. Сейчас в руках молодого, 1987 года рождения, монаха – не только самый большой и прибыльный храм города, Вознесенский собор, но и епархиальный склад, где все остальные церкви берут товар для торговли в церковных лавках. А также именно Дионисий назначен ответственным за главное церковно-политическое событие 2017 года, торжества в честь 350-летия перенесения мощей преподобного Нила Столобенского, которые пройдут в Ниловой Пустыни в июне. Этот юноша приехал с Украины относительно недавно, и уже в 20 с небольшим стал делать в Тверской митрополии стремительную карьеру. Знающие люди кивают головами, и обходят стороной Вознесенский собор. А губернатор приближает этого парнишку.
Видимо, с подачи Дионисия Тверская митрополия подписала на прошлой неделе соглашение о сотрудничестве с региональным Министерством здравоохранения. Министр Роман Курынин, вошедший в жесткий клинч со всем профессиональным сообществом, решил найти поддержку у митрополита. Еще недавно это была бы проходная новость, которая вызвала бы только позитивные эмоции - ну и хорошо, митропилия, например, хоспису поможет. В настоящее время - опять же, шквал ядовитых комментарием. Мол, медицину по районам изничтожили, теперь только об отпевании пациентов договариваться остается.
Сейчас поговаривают, что Комитет молодежи Администрации Тверской области вместо Натальи Моисеевой, подруги юности бывшего губернатора Андрея Шевелева, может возглавить бывший иподиакон владыки Виктора, руководитель «Православной молодежи» Вадим Степанов. Сейчас он пока заместитель Моисевой, но лиха беда начало. Вроде, на эту должность претендовал Илья Холодов, депутат тверской Гордумы, верный сподвижник главы фракции «Единая Россия» в Госдуме Владимира Васильева. Но Холодов занимается не тем: надо не на турниках солнышко крутить, и не на лодках-драконах грести. Теперь наше все – земные поклоны, это самый востребованный в областной администрации вид физических упражнений. Видимо, так молодежь намереваются отвратить от политической протестной активности.

Власть и общество идут в разные стороны?

Все это было бы смешно, когда бы не усиливало противостояние молодежи и Церкви. Сегодня в обществе видны два разновекторных процесса. С одной стороны, после того, как в 1917 году в России обнулились все общественные институты, власть каждое новое поколение изобретает «первобытно-общинный строй». Вернее воссоздает то, что было в головах наших крестьянских предков перед тем, как их принудительно выдернули из родных изб, заставив жить в городах. Если не тянуть общество в будущее, оно сваливается в прошлое, причем сразу на несколько ментальных эпох назад.
С другой стороны, за последние 30 лет появился совершенно новый, невиданный ранее в России слой активных молодых горожан, которые эти архаичные коды крестьянских предков просто не воспринимают. Они не смотрят телевизор, не боятся изменений, не повторяют мантру «не жили хорошо, так и начинать нечего». Этих людей пока не видят социологи, опрашивающие по домашним телефонам пенсионеров, не замечают власти (ориентирующиеся все на те же данные социологов). И Церковь с ее иерархией, к сожалению, отталкивает их. Зато именно такие молодые активные горожане являются опорой благотворительности, волонтерских движений. И в политике они о себе заявят, тут и гадать нечего.
Мария Орлова

мурзя в профиль

Мутные дела. Политобзор оных, короче

Сегодня всем не до региональной политики. И тем не менее, завешу свою политическую колонку из нашей послезавтрашней газеты "Караван+я". Это тоже важно, потому что все развивается по дедушке Ленину:"низы не хотят, верхи не могут"
«Кто тут «мутит»?
Почему Тверская область теряет надежду

Тверская область уверенно входит в весну. Прошлогодняя весна характеризовалась обострением надежд – тогда у нас был новый и.о.губернатора. Сегодня Игорь Руденя уже давно губернатор, и не нов. А надежды постепенно тают, как снег по весне.

«Мутные мотивы»
Когда я впервые увидела Игоря Руденю, выступавшего перед предпринимателями Тверской области на мероприятии под названием День предпринимателя, он как-то поразительно приоткрылся, стал понятен его ход мыслей. Отвечая на вопрос какого-то обижаемого властью предпринимателя то ли из сферы маршруточных перевозок, то ли из сферы мелкой рыночной торговли, он сказал: «Всегда важно понять, кто здесь мутит? Мутит-то кто?». Видимо, именно это он и пытается понять весь этот год в Тверской области – кто здесь и что «мутит». Как только Игорю Михайловичу становится ясно, кто и зачем «вымутивает» какой-то процесс, он успокаивается, и кажется, начинает считать такого человека безопасным, мотивация-то как на ладони. Хуже, когда явной «мутки» не видно. «Когда в России начинают говорить о патриотизме, знай: где-то что-то украли», - писал тверской вице-губернатор позапрошлого века Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин.
Но подозревать у всех только корыстные и низкие побуждения – как-то не по-христиански. Понятно, что у нас в Твери публика специфическая, но поверьте, Игорь Михайлович, люди не только «мутят». Тверские здесь живут, и намерены жить дальше – даже когда вы, возможно, нас покинете. Поэтому наряду с «мутками», у тверских предпринимателей, главврачей, деятелей муниципалитетов и даже сотрудников областного правительства есть такие мотивации, как «чтобы не стыдно было соседям в глаза смотреть», «чтобы в городе было жить лучше», «чтобы люди не болели» и так далее.

Районная политика «в одно лицо»
Ну да ладно, это все лирика. А факты таковы. Вот, не очень интересно губернатору Игорю Рудене, москвичу, разбираться в хитросплетениях тверской уездной политики. Понять его можно: это вообще мало кому интересно, кроме самих политиков каждого конкретного уезда. И Игорь Руденя отдает кадровую и прочую политику в муниципалитетах региона на откуп Министерству по делам территорий, и конкретно – министру Андрею Зайцеву. С ним все ясно – где, как, и для чего он «мутит». В былые годы Андрей Зайцев работал «полевым» политтехнологом: если у какого-то главы «Единая Россия « не набирала нужного процента», то глава звал на помощь Зайцева, и тот разными специфическими способами, типа пресловутых «каруселей», этот процент как-то нагонял.
Доверил бы Игорь Руденя, сам преуспевший в бизнесе, заниматься Андрею Зайцеву подбором кадров на руководящие должности своего предприятия, скажем, мукомольной промышленности? Вряд ли, понятно, что результат будет очень сомнительным . А вот отдать ему всю муниципальную политику в безраздельное пользование почему-то можно.
В прошлом-позапрошлом годах в Тверской области были фактически ликвидированы выборы глав районов. Теперь глав назначает комиссия, которая наполовину состоит из представителей областной власти, наполовину – из муниципальных чиновников. И кто будет руководить тем или иным районом, решает только он, Андрей Зайцев. Уж не беремся сказать, какими биохимическими процессами сопровождается кристаллизация этого решения в его мозгу. С одной стороны, Андрей – любитель бань и охоты, с другой – к деньгам тоже неравнодушен. В общем, население районов, районные элиты, бизнес, который платит в этих районах налоги, и тому подобные заинтересованные лица лишены каких-либо инструментов влияния на жизнь своих территорий – такое влияние есть только у тех, кто как-то подобрал ключ к душе министра по работе с территориями. Разумеется, это ненормальная ситуация, и то тут, то там она взрывается какими-то безобразными скандалами.

Череда скандалов: Торжок, Пено, Ржев, Осташков, Максатиха, Кимры.
В прошлом номере мы писали о конкурсной комиссии по выборам главы Торжка, которая должна была заседать 31 марта. Итог – осуществился план Зайцева и главы Торжка Анатолия Рубайло. Из всех достойных кандидатов, которые могли бы поспорить с Рубайло за пост главы, на суд депутатов допущена только дама по фамилии Галкина, руководитель кафе «Комильфо». То есть, обо всем договорено, можно не волноваться, Рубайло автоматически переизберется – если, разумеется, у депутатов не проснется чувство собственного достоинства, и они не решат вдруг хотя бы воздержаться от голосования за него.
В Пено, где трюк с переизбранием самого себя главой на единоличной основе первым провернул тамошний глава Владимир Худяков, местные депутаты уже не стесняются быть в оппозиции к этому неизвестно как пролезшему в очередной раз в руководство района товарищу. На прошлой неделе Собрание депутатов Пеновского района по итогам отчета главы о деятельности за 2016 год признало работу Худякова неудовлетворительной. Интересно, это как-то повлияет на позиции Худякова в глазах региональной власти? Или с Зайцевым все договорено, а там – хоть трава не расти?
Одновременно разворачиваются какие-то грязные скандалы в Ржеве и Осташкове. Во Ржеве про лидера местного бизнес-сообщества депутата Законодательного Собрания Тверской области Виктора Константинова распространяются какие-то необычайно омерзительные слухи, по тверским СМИ рассылаются готовые «чернушные» статейки – вдруг кто клюнет? Подоплека этого «черного пиара» - война из-за котельной завода «Электромеханика», возглавляемого Константиновым, но это, конечно, ясно не всем. В Твери не многие знают о таких тонкостях, да и во Ржеве – тоже.
В Осташкове – не менее противно. Там пошла в ход «тяжелая артиллерия», в дело включился аж лидер КПРФ Геннадий Зюганов, который намерен обратиться к президенту, и уже направил запрос в Следственный комитет. Канал КПРФ «Красная линия» приехал в Осташков снимать сюжет о местной коррупции, по жалобе местных жителей в депутату Госдумы от КПРФ. Обычные безобразия в сфере ЖКХ, судебный беспредел в исполнении, в основном, судьи А. Лебедева. (Мы писали о работе этого осташковского судьи в связи со знаменитым «делом Фарбера», а также в связи с делом бывшего главы района Галахова, где обвинения притянуты за уши. Но с тех пор судья Лебедев успел еще много чего, например, отпустил с миром бывшего главу Осташкова и бывшего же министра природных ресурсов Тверской области Протасова, виновного в нанесении убытка в 12 млн рублей. И наоборот, засудил главу района Михаила Тузова, вины которого не нашла даже прокуратура). В общем, коммунистический телеканал решил взять комментарий у и.о. главы города Сергея Реброва. А тот мало того, что отказался говорить, так еще и обвинил журналистов в пропаже ценных личных вещей… своей секретарши. «Грязнушные» политтехнологи сразу же уточнили, что за «личные вещи» - их фантазии хватило только на упаковку новых трусиков. Кажется, фантазия и.о.главы Осташкова выйдет ему боком: юристы КПРФ начинают дело о клевете и воспрепятствовании выполнению профессиональных обязанностей журналистов.
Суть происходящего в Осташкове – артподготовка к осенним выборам, и преобразованию муниципалитета в городской округ. Этого не хочет практически никто на территории, но как мы уже объяснили, местных никто не спрашивает, и в их проблемы на уровне областного правительства и вникать-то не хотят. Вместо довольно богатых и активных поселений по берегам Селигера будет одно поселение – с центром в Осташкове. Это положит конец бесконечной войне между руководством города и района, но вряд ли будет способствовать развитию территории, которую губернатор считает флагманом тверского туризма. Характерно, что все эти грязные истории происходят в преддверии визита патриарха Кирилла в Нилову пустынь, на 400-летие прославления Нила Столобенского.
Ну, и привычно изумляла Максатиха. На прошлой неделе туда отправился десант Общероссийского народного фронта, бороться с несанкционированными свалками. Прямо во время съемки сюжета о максатихинской свалке, подъехал грузовик с мусором, и начал вываливать свое содержимое прямо за спинами «фронтовиков», под телекамеры. Кризис в максатихинской власти продолжается уже год. Мы много писали о роли министра Зайцева в создании этого кризиса. Сейчас уже ясно, что разрулить он его не в состоянии.
И так – куда ни плюнь. Продолжают гудеть Кимры, где абсолютно внаглую был снят последний всенародно избарнный мэр в Тверской области, молодой коммунист Роман Андреев. Вышний Волочек после кончины своего первого мэра Марка Хасаинова готовится к глобальному переделу собственности. В Торопце народ выходит на митинги, разозленный состоянием местной медицины.
Кстати, о медицине. Это еще одна самая болезненная тема этой весны в Тверской области. Мы пишем о проблемах регионального здравоохранения в каждом номере, и в этом, в том числе, есть две статьи. Коррупция в этой сфере зашкаливает – тверское здравоохранение могло бы быть вполовину лучше. Одиозность министра здравоохранения Тверской области Романа Курынина вполне сопоставима с одиозностью министра по работе с территориями Андрея Зайцева. И тем не менее, Игорь Руденя терпит этого министра. Говорят, москвич Курынин имеет какие-то высокие федеральные родственные связи. А может быть, губернатор просто понимает, где Курынин «мутит»?

«Тверская генерация»: новый виток проблем
В заключение нельзя не сказать о самой главной «мутке» нашего городка. История с «Тверской генерацией», организацией, занимающейся снабжением теплом и горячей водой города Твери, выходит на новый виток. Пока в официальных СМИ ликуют по поводу возвращения ее в муниципальную собственность, льются «невидимые миру слезы». Как нам рассказали весьма осведомление источники, «Тверская генерация» так и не расплатилась с подрядными организациями, осуществлявшими ремонтные работы накануне зимы, и этой зимой (помните, было несколько жутких аварий на теплотрассах?). Якобы, именно это послужило причиной того, что очередной генеральный директор ТГ в конце марта уволился по собственному желанию.
Кто будет ремонтировать теплотрассы дальше? Говорят, придуман хитрый ход. Чтобы накануне президентских выборов 2018 года не заморозить случайно ближайший к Москве областной центр, решено заплатить подрядчикам аванс – 15%. Но на этом – все, больше денег, как утверждает наш осведомленный источник, подрядчики не получат.
Главное достижение Игоря Рудени, возобновление отношений Тверской области с компанией «Газпром», тоже ставится под сомнение. «Газпром» выходит из конкурсного управления МУП «Сахарово», теперь этот МУП и котельная Южный тоже оказываются в зоне ответственности администрации города Твери. Как муниципалитет будет решать вопросы, требующие средстви профессиональных компетенций – непонятно. Анализ собираемости платежей за тепло и горячую воду показывает, что в 2016 году она упала вполовину: вместо 60%, как в 2015, до 30%. И вправду, за что платить, - рассуждает обыватель? За разрытые траншеи? За жизнь, как на пороховой бочке, когда не знаешь, не замерзнут ли этой ночью твои дети и старики?
Если Тверь еще имеет шансы как-то сгладить остроту проблемы – все-таки областной центр, не бросит его власть, то другие города и районы оказались в отношениях с «Газпромом» в еще более сложном положении. Придет, к примеру, тот же мэр Торжка Анатолий Рубайло просить газовиков взять за долги котельные и теплотрассы, а те вспомнят пример Твери, да и пошлют его лесом…
***
На все можно до поры до времени закрывать глаза, читая в официальных СМИ рассылаемые твоею же пресс-службой бравурные пресс-релизы. Но замалчивая проблемы, их не решишь. И вечно откладывать разговор об отсутствии в регионе внятной политики в какой ни плюнь сфере не получится. Если беду заталкивать под ковер, она все равно вырвется. И тогда будет уже все равно, кто изначально «мутил», организовывая предпосылки этой беды.
Мария Орлова

мурзя в профиль

"Непоротое поколение"

Написала по итогам вчерашних наблюдений политическую колонку в послезавтрашний "Караван+я"
Политическая неделя выдалась насыщенная, наполненная новыми смыслами. Задан вектор, который еще месяц назад не был виден. И куда выведет Россию и Тверскую область новое направление – кто знает…
Школота на весенней прогулке
«Митинги школоты» - так презрительно окрестили акции против коррупции, прокатившиеся 26 марта по российским городам, официальные СМИ. Сначала о них просто молчали, потом, как по заданному «темнику», начали писать про подростков, которых кто-то организованно «подвозил на автобусах». Кажется, политтехнологи от власти перепутали времена и нравы: это несколько лет назад подростков организованно подвозили на автобусах для участия в акциях почившего ныне движения «Наши». Теперь те бывшие подростки, выросшие питомцы лагеря «Селигер», организовывали в интернете вялые кампании по дискредитации нынешних митингов против коррупции. Например, одного такого московского деятеля, немолодого мальчика из приличной семьи, видели курящим у здания администрации Тверской области на прошлой неделе. Год назад этот товарищ организовывал комментарии ПТУшников в соцсетях накануне выборов в Законодательное Собрание. Сейчас увидевшие его решили было, что он приехал в преддверии выборов в Тверскую городскую Думу. Но нет, контракт, видимо, был совсем краткосрочный.
Коррупция для околовластных прихлебателей – это святое. Насколько нам известно, большая часть бюджетов, выделявшихся региональными властями на «противодействие Навальному в интернете», была просто положена в чьи-то карманы. Во всяком случае, в Тверской области «троллей от власти» как водой смыло сразу после митинга. Трансляцию митинга в интернете они еще как-то комментировали, а потом быстро заткнулись.
Эстафета бесперспективных
Поколения ищущей политической карьеры молодежи быстро меняются. Для нынешней правящей элиты и 45-летние – молодежь. Им можно доверить носить за собой портфель, или блюсти начальственные интересы на не слишком серьезных постах, но к настоящей власти пускать таких молокососов рано. Да и они сами не стремятся к ней, к власти этой. Нет уже того драйва, укатали сивку крутые горки. Вечно на вторых ролях, правила игры впитаны и усвоены: главное – «чтобы чего не вышло».
Следующее поколение, те, кому сейчас 25-35 лет, начинали в момент наибольшего экономического преуспевания России, когда цены на нефть росли, и бюджет казался безразмерным. Тогда, опять же, считалось правильным «тереться» при власти, ловить крохи с ее стола, и надеяться, что «Наши» или «Молодая гвардия Единой России» приведут тебя когда-нибудь к начальственным должностям. Взять какую-нибудь безобидную тему, вроде строительства повсюду песочниц или турников, и с этой темой бегать за старшими товарищами… Шли годы, старшие товарищи становились старше, молодежь из юношей с горящими глазами превращалась во вполне себя комсомольских вожаков. И страна погружалась в застой, устраивавший и тех и других. Недаром ностальгия по брежневским временам стала сейчас чуть ли не государственной идеологией.
Сегодня уже ясно, что никаким «кадровым резервом» для власти «молодогвардейцы» и «нашисты» не были. Многие из них, лишившись бюджетных коврижек, уже позволяют себе вполне критические высказывания в адрес власти. Мало того, протест назревает в самых властных недрах: чиновники среднего и младшего звена сегодня настолько замордованы инструкциями, циркулярами, проверками, а также негласным запретом на выезд на отдых куда-либо, кроме Крыма и курортов Краснодарского края, что тоже тайком смотрят расследования Навального на «ютубе». Это не мешает им самим заниматься коррупцией, ставшей системообразующей в нашем государстве. Но все же исподволь переделывает взгляд на мир.
Итак, нет перспектив у всех поколений. Но у сегодняшних старшеклассников и студентов их еще меньше, чем тех, кто постарше. «Нефтяные деньги» иссякли. Дальше государство собирается искать их в наших карманах. Вот-вот Госдума примет новый Административный кодекс, по которому многократно увеличатся размеры штрафов за все на свете. Шансы устроиться на хорошую работу предельно малы – бизнес сворачивается, экономический кризис набирает обороты. Даже менеджером в «Евросеть» уже не пойдешь – где она, эта «Евросеть»-то? А между тем в фильме Навального про премьера Медведева «Он вам не Димон» показываются фантастические дворцы, виноградники в Тоскане, и, как вишенка на торте, десятки пар зачем-то постоянно покупаемых кроссовок… Ну как тут не возмутиться?
Надо констатировать: мы – одна из небогатых восточноевропейских стран. А в таких странах молодежь всегда активна, и борется за свои права. Потому что если ты не станешь думать о своем будущем, никто за тебя о нем не подумает. Это новая реальность, в которой России предстоит жить. И которую никак не могут осознать наши стареющие власти.
Образ будущего подменяется образом мифического прошлого. Молодежи предлагается в качестве позитивного примера только Великая Отечественная война. Патриотическое воспитание – это какие-то игры на тему взятия игрушечного рейхстага. А ведь нынешнее поколение школьников и студентов от событий той войны отделяет примерно такой же временной отрезок, что школьников моего поколения, конца 1980-х, от Октябрьской революции. То есть даже их дедушки и бабушки после войны родились. В воскресенье в Твери на митинге на площади Славы один мальчик из 12-й школы упорно говорил о «революции 1817 года». Для этого возраста что прошлый век, что позапрошлый – все незапамятная древность.
Сейчас уже засуетились «специально обученные люди». Одни потребуют еще больше денег на «нравственное воспитание» молодежи (то есть еще больше парков патриотического воспитания с игрушечными рейхстагами надо построить, чтобы подростки на митинги Навального не ходили). Другие – ввести цензуру в интернете. Третьи – усилить войска Росгвардии. Ну, в общем, все, кому надо, выгоду свою от нынешних митингов не упустят. Даже главный «антигерой» мероприятий 26 марта, премьер-министр Дмитрий Медведев и то, наверное, внакладе не останется – система своих не сдает.
Сюжет для политического сериала
К сожалению, то, что называется коррупцией – в широком понимании этого слова (не в кроссовках нашего премьера тут, конечно, дело) – это тотальный сбой работы государственного механизма. Никакой политики в общепринятом смысле этого слова в стране не осталось: все решается неким «узким кругом», вход в который закрыт. Нет даже выборов мэров городов, депутатов Городской Думы выбирают за нас неведомые люди. Делегитимизация власти одно время компенсировалась негласным общественным договором: «Мы не интересуемся вашими делами, а вы не мешайте нам жить». Теперь этот договор аннулирован. Жить нам мешают: сбой работы государственного механизма отражается на всем – на состоянии ЖКХ, качестве дорог, уровне медицинского обслуживания, образования.
Наглядный пример этого сбоя – «приключения» тверской теплоэнергетики. На прошлой неделе Сергей Фомичев, очередной генеральный директор «Тверской генерации», организации, отвечающей за теплоснабжение Твери, уволился по собственному желанию. Предыдущие руководители, Ян Горелов и Сергей Горохов, находятся в СИЗО.
«Караван» несколько лет следит за событиями вокруг тверских ТЭЦ и теплосетей. Недавно я даже поделилась этим сюжетом для телесценария. Канал «Россия» хочет снять сериал вроде американского «Карточного домика», но поскольку интриги на самом верху у нас не могут стать темой для сериала, решили взять за основу интриги губернского уровня. Обратились ко мне за консультацией, и когда услышали историю про «Тверскую генерацию», пришли в восторг – такого даже опытный писатель детективов не придумает. В этой истории есть все: беглый сенатор-олигарх, суды в Нью-Йорке, и даже Голливуд немножко замешан.
На прошлой неделе стало известно, что экс-сенатор Совета Федерации Леонид Лебедев, ныне проживающий в США и продюссирующий голливудские фильмы, обратился в Генеральную прокуратуру России с заявлением в отношении руководителя следственного управления УМВД России по Тверской области подполковника Алексея Пушкарева: за привлечение к уголовной ответственности заведомо невиновного и злоупотребление должностными полномочиями. Об этом было рассказано в статье, опубликованной в «Новой газете»: «Эхо Нью-Йорка на Волге». Сейчас в Нью-Йорке рассматривается иск Леонида Лебедева о взыскании со своих бывших деловых партнеров — миллиардеров Виктора Вексельберга и Леонида Блаватника — двух миллиардов долларов. Видимо, к этому суду и был приурочен выход статью нашего коллеги Ирека Муртазина.
Напомним, Леонид Лебедев руководил группой компаний «Синтез», в которую входил ярославский холдинг ТГК-2, в начале 2000-х получивший в свое распоряжение тверские ТЭЦ и теплосети. Дочерняя компания ТГК-2 «Тверские коммунальные системы» накопила рекордный долг перед «Газпромом» - порядка 4 млрд рублей. После чего ТГК-2 создал еще одну «дочку», «Тверскую генерацию», оставив долги на прежнем «детище». Сейчас генеральный директор ТГК-2 Андрей Королев и сам Леонид Лебедев скрываются от российского правосудия. А «Тверская генерация» была продана, некоторое время она принадлежала неизвестно кому, а потом ее все же удалось «всучить» муниципалитету Твери – за символическую сумму ТГ купил МУП «Горэлектро».
Накануне минувшей зимы премьер-министр Дмитрий Медведев возмутился неготовностью ряда регионов, в том числе Тверской области, к зиме, и потребовал «взбодрить энергетиков». Эта зима прошла в Твери на пределе: отключения отопления уже никого не удивляли, и не вызывали былых эмоций. Областная власть, вроде бы, взяла на себя ответственность за теплоснабжение города, но, судя по всему, директору Сергею Фомичеву эта зима далась тяжело – ушел человек, не выдержал. А может быть, почувствовал другие угрозы своей свободе и безопасности.
Больше всего в истории с «Тверской генерацией» удивляет пассивность горожан. Такое впечатление, что люди просто не хотят вникать – кто, когда и почему вывел их платежи за тепло и горячую воду в оффшоры на Виргинские острова, и почему их второй раз заставляют расплачиваться. Платежи за ЖКХ наши граждане воспринимаю как дань татаро-монголам: заплатили, и от нас отстали.
***
«Синдром выученной беспомощности» - так называют это социальное явление политологи, изучающие современное российское общество. «Все воруют», «от нас ничего не зависит», «следующие придут – будут еще хуже»… Эти фразы, как заклинание, повторяют старшие. И неудивительно, что молодежь, «первое непоротое поколение» россиян, не хочет мириться с тем, что ничего нельзя сделать. Посмотрим, чем все это обернется.
Мария Орлова
мурзя в профиль

Великопостное

Два события из первого дня Великого поста. Позвонила в редакцию тетенька, работавшая на снесенном рынке на Привокзальной площади. Плачет, говорит: "Наш православный губернатор сказал, что рядом с храмом (на Привокзалке построили храм св. Александра Невского) нельзя торговать. Я к нему на службе подойти хотела, сказать, мол, что ж вы нас, православных людей, куска хлеба лишаете?" Я удивилась: и на Руси всегда рыночные площади у храмов были, и в других странах. В Греции таверны и бары прямо к церквам пристроены - и ничего. Потом долго думала об этом высказывании губернатора, и пришла к выводу, что в нашей стране, с разрушенными традициями церковной жизни, каждый изобретает свои каноны православия. И губернатор, и старушка на свечном ящике - бывшая комсомолка. И все мы, чего уж там.
Затем шла на канон Андрея Критского, и у храма встретила пьяного мужика: "Что туда ходить-то? Там поют непонятное!", - крикнул мужик, и пошатываясь пошел прочь. А я зашла внутрь. И опять долго думала.
Почти тридцать лет возрождения православия в России - а все "поют непонятное". Сегодня, с неожиданным для священноначалия выходом Церкви в публичное пространство (сначала деятельность нашего отца Андрея Кураева, потом другие соцсети, сайты типа "Ахиллы" и т.д.), мы наблюдаем ситуацию 19-го-начала 20-го веков, поставленную на убыстренную перемотку. Многие из тех, кто горячо уверовал и решил посвятить жизнь православию, жестоко разочаровались, и ушли (иногда - в мир иной, как мой покойный друг священник Алексей Расев).
"Исповедь анонимного священника", которую сейчас активно обсуждают, объяснила мне некоторые психологические нюансы, которые я не понимала, даже наблюдая за своими хорошими друзьями, подавшимися в церковные работники всех мастей. Автор пишет, что в хаосе 90х ему хотелось некоей системы, идеологии. И он ее получил, Систему эту. Взыскующие идеологических шор, отмененных после упразднения райкомов партии и комсомола, нашли место, где можно продолжать работать "идеологическим работником". На лет десять показалось, что это совсем другая жизнь. А потом перевернулось, и выяснилось, что жизнь та же. Был инструктором Пролетарского райкома ВЛКСМ - стал священником, был Савлом, вроде, обернулся Павлом. А повеяло в стране возвращением к старым порядкам, глядишь - опять инструктор райкома комсомола, только в новом облачении...
Другие же, как семинаристы предреволюционных лет, уже бросились с энтузиазмом "отрекаться от старого мира". И выяснилось, что не устраивают их не только "деспоты"-архиереи, костная и корыстная система, а уже и "византийские словеса" им унылы, и псалмы неуместны. Я искренне расстроилась, прочитав, что автор "Исповеди бывшей послушницы" Мария Кикотъ говорит, что утратила веру. Она же была у нее, когда она писала свою важную во многих отношения книгу! Тут ведь какая штука: разочарование может пройти, вера вернуться - а интернет уже зафиксировал сказанное, и кто знает, сколько людей соблазнились.
Я понимаю нынешнюю ситуацию так. 30 лет Церковь как организация, и мы, как отдельно взятые прихожане - старались "восстановить" внешнее благолепие и благочестие, полагая, что за формой придет содержание. РПЦ занималась строительством и ремонтом, мы били поклоны и постились. За образец было взято устаревшее еще во времена своего исторического бытования синодальное богословие и благочестие 19-го века, додуманное и преукрашенное.
Сегодня оно вообще не катит. И ни верующие, ни священники не могут найти в нем ответы на ежедневно возникающие вопросы. Например, как отделись благочестие и веру от невроза и суеверия, "бытового шаманизма", зависимости от ритуалов, смысл которых утрачен? Как предотвратить пастырское выгорание? Я уж не говорю о таких вещах, как церковная, с позволения сказать, экономика, поведение владык, внутренние взаимоотношения в среде духовенства и прочие, как помягче выразиться, нюансы...
Западное христианство весь 20-й век выстраивало диалог с обществом. Трудно, мучительно, часто безуспешно. Но пройдено гигантское расстояние.
У нас же совсем не развивались христианские психология, этика, экономика, социология. Даже запроса такого не было. И богословие, способное связать "византийские словеса" с сегодняшним днем, тоже отсутствует, увы. Так и получается, что очаровавшиеся было, но разочаровавшиеся попы и прихожане с новым пылом "разоблачают" то, перед чем недавно поклонялись...
Дискуссия началась, и это хорошо.
Но во что это выльется? Как-то тревожно.
мурзя в профиль

Эхо пожара в Тверской областной детской больнице

Что высветило зарево пожара?
Политические вопросы, возникшие после того, как сгорела ОДКБ


Прошлая неделя, наполовину выходная, не должна была преподнести серьезных политических сюрпризов. Но так получилось, что в политическую плоскость выходит стихийное бедствие – пожар в детской областной клинической больнице. Это ужасное происшествие ставит сразу несколько вопросов, требующих немедленного ответа.

Небывалая катастрофа
Зарево пожара полыхало всю ночь. Над больницей билось открытое пламя, которое раздувалось порывами ветра. Отблески пламени отражались в окнах Законодательного Собрания Тверской области – временами казалось, что огонь охватил и региональный парламент.
Таких страшных катастроф в Твери не случалось с момента взрыва на мелькомбинате в 1981 году. Тот взрыв произошел в День милиции, 10 ноября 1981 года. Этот пожар – в ночь, когда наше Отечество беззащитнее всего, с 23-го на 24-е февраля 2016 года. Разница в 35 лет, место действия – Тверь, берег Волги. К счастью, в этот раз не было жертв, ни среди пациентов, ни среди спасателей. Надеюсь, по этому поводу заказан не один благодарственный молебен. (Напомним, что взрыв на Мелькомбинате унес 10 жизней наших земляков).
Сейчас подкопченный фасад здания больницы с обвалившимися межэтажными перекрытиями как бы намекает: что дальше? Взрыв Мелькомбината стал поводом к тому, что в Калинине на месте взорвавшейся «мельницы» был построен самый современный мелькомбинат СССР, и удачно приватизировавший его в начале перестройки директор Сергей Потапов долгое время входил в число местных «олигархов». До сих пор это довольно успешное предприятие, несмотря на ряд непродуманных финансовых шагов руководства.
Может быть, нет худа без добра, и в Твери, вместо приспособленного под медицинские нужды в 1935 году здания епархиального училища второй половины 19-го века (для иногородних поясним, это здание «играло» роль школы в фильме Ролана Быкова «Чучело» с маленькой Кристиной Орбакайте в главной роли), появится современная, высокотехнологичная детская больница, отвечающая всем современным требованиям?

Как выйти «с плюсом»?
Губернатор Игорь Руденя прибыл на пожар под утро. Надо отдать ему должное, в отличие от своего предшественника Андрея Шевелева он считает своим долгом приезжать на места случающихся катастроф. Руденя принял рапорт о ходе тушения пожара от начальника МЧС Арсена Григоряна, проконтролировал, как разместили детей в новом корпусе больницы. В тот момент еще горело так, что шла речь об эвакуации и из нового корпуса. На улице Советской стоял подогнанный на этот случай городской транспорт.
Сейчас Игорю Рудене предстоит выбраться из хитрой политической ловушки, создавшейся после пожара. С одной стороны, он вроде бы должен избежать репутационных потерь, и максимально «замолчать» историю с пожаром в детской областной больнице, не допустить, чтобы об этом продолжали разговаривать на федеральном уровне. Как ни крути, это вообще самое страшное бедствие, которое может произойти в областном центре: хоть никто и не погиб, но сам факт впечатляет. А с другой стороны, надо бы выйти « с плюсом», выбить под это дело в федеральном центре серьезные деньги.
Сейчас осведомленные люди в голос смеются над озвученными официальными цифрами нанесенного ущерба – 7,5 миллионов. Разумеется, ущерб исчисляется сотнями миллионов, или даже миллиардами. А еще – детским здоровьем и даже жизнями.
Восстановить разрушенное огнем здание, конечно, необходимо . Но поскольку это памятник архитектуры, всю смету можно смело умножать на три, и не факт, что получится нормальная современная больница. Однако поликлиника и диагностический центр тут разместиться смогут.  Скорее всего, было бы разумно построить новые корпуса Областной детской больницы, скажем, на месте разрушенных корпусов горбольницы №2 в расположенном рядом заброшенном парке-«воксале», а также отдать под детскую больницу территорию автобазы областной администрации, расположенную за парком.
Для того, чтобы выбить деньги, надо как раз создавать в Москве информационный фон вокруг Тверской областной детской больницы. Но создавать умеючи, действуя в нужном направлении. А у нас такие умельцы повывелись. Раньше в Тверской области были пресс-секретари губернатора уровня Жанны Ляпуновой, лично знакомой с большинством ведущих журналистов страны. А теперь основная функция разросшейся пресс-службы – писать невнятные пресс-релизы, и не допускать журналистов до контактов с любыми официальными лицами во избежание проблемных статей.

«Последний оплот детского здравоохранения в регионе»
Областная детская больница уже давно находилась в очень тяжелом состоянии. При этом именно она является сегодня единственной надеждой для детей и родителей всего региона – на местах, в районах здравоохранение уничтожено почти под корень. С ОРЗ местные педиатры в райбольницах еще справляются, а все более серьезные случаи надо было ехать лечить в Твери. Причем очереди в областную детскую больницу были невероятные, и даже наличие записи не давало гарантии, что ребенка, привезенного за сотни километров, примут в этот же день. Тверские родители, вздохнув, шли на платный прием к медикам из ОДКБ – врачи подрабатывают во всех коммерческих клиниках города.
Из больницы стал потихоньку разбегаться средний медицинский персонал. По новому законодательству к 1 января 2016 года каждому, и врачу, и медсестре, надо было поучить сертификат медицинского работника, для этого, как утверждают медики, необходимо пройти трехмесячные курсы - за свой счет. Сертификат этот надо подтверждать каждые пять лет. Если в случае врача это как-то себя окупает, бренд «доктор из областной больницы» срабатывает во время коммерческого приема, то медсестры, на которых ложится большая нагрузка, никаких преференций не получают.
При пожаре пострадало дорогостоящее диагностическое оборудование. Может, в Твери родители и могут заплатить за МРТ несколько тысяч рублей, но те, кто приезжают лечить детей из области, часто не имеют такой возможности. Как теперь будет решаться этот вопрос – неизвестно.
Нам рассказали, что буквально этой зимой для ОДКБ были закуплены печи для утилизации опасных отходов в нерабочем состоянии, и шло расследование. Не знаем, так это или не так. Но, похоже, и эту историю покрыл пожар.
Опять же, по слухам, Игорь Михайлович Руденя уже получал резкие замечания от высокопоставленных чинов в Москве за состояние дел в Тверском здравоохранении. Известно, что доступность медицины в нашем регионе одна из самых низких в России – только четверть населения Тверской области, случись что, могут рассчитывать попасть к врачам вовремя, и к нужным специалистам. Теперь доступность медицины стала еще ниже, причем для самой беззащитной категории пациентов – для детей.

Назревает бунт диабетиков?
В Тверской области сложилась очень тяжелая ситуация с обеспечением лекарствами льготников. Некоторые больные не могут свои льготные рецепты отоварить аж с прошлого года. И речь идет не о тех пациентах, которые могут просто пойти и купить лекарство от давления или от гастрита за свои деньги. Речь идет о нескольких тысячах диабетиках, об онкобольных, о страдающих другими очень тяжелыми заболеваниями. Для диабетиков, которым подбираются лекарства в стационаре, переход на другие аналоги невозможен. А если покупать необходимые препараты за свой счет, речь идет о тысячах и тысячах рублей в месяц. Лекарства для онкобольных  вообще стоят запредельные деньги.
Общероссийский народный фронт уже несколько месяцев занимается мониторингом в сфере госзакупок лекарственных средств в Тверской области. Накоплен огромный разоблачительный материал. Цены, по которым закупаются лекарства для больниц и льготников Тверской области часто в разы превышают цены, по которым эти же лекарства закупают в соседних регионах Центрального федерального округа. Так, например, по данным ОНФ, препарат «афатиниб», которым лечат больных раком легкого и бронхов, в Тверской области закупают за 109 548 рублей. А в Тульской области – за 86 390 рублей. Препарат «дасабувир» для лечения гепатита С в Тверской области приобретали за 2 млн 804 тысячи рублей. А в Тамбовской – за 810 тысяч рублей.
Всеми этими данными заинтересовалась прокуратура. Проверка деятельности ГУП «Фармация», как нам рассказали в ОНФ, назначена на первый квартал этого года.

«Война главврачей»
Еще один «политический ракурс» в этой истории. Пожар в областной детской больнице случился почти сразу после большого совещания на тему здравоохранения в Тверской области, которое под председательством Игоря Рудени прошло в областном правительстве перед праздниками (длилось часа четыре). Якобы, на этом совещании областному Министерству здравоохранения даны санкции на то, что разобраться, наконец, с главврачами. На самом деле, «война главврачей» в регионе идет давно – часть руководителей медицинских учреждений смело ставят вопросы о нарушениях в сфере госзакупок препаратов и расходных материалов для их больниц (эти госзакупки осуществляются централизованно, через Минздрав и Министерство имущественных отношений региона), а также другие проявления вольномыслия себе позволяют.
Смена руководителя в большом медицинском учреждении – всегда революция. История с Областной детской больницей это показала довольно наглядно: поменяли Ивана Бармина на Анну Зайцеву, и вот что в итоге вышло… Конечно, ни Бармин, ни Зайцева в пожаре не виноваты, но общая неразбериха, безусловно, сыграла роль.
Так вот, мораторий на смену главврачей действовал год, и теперь он отменен. Учитывая, что большинство больниц в Тверской области находятся в ветхих, часто деревянных зданиях, сдается нам, что нарушение правил пожарной безопасности станет одним из поводов для замены неугодных руководителей.  Разные трагические события в нашей стране часто приводят к «ассиметричным мерам»: после пожаров в домах престарелых стали закрывать небольшие дома престарелых, свозить сельских стариков из уютных, почти семейных условий, в огромные каменные здания в городах. Да что там, выборы губернаторов, если помните, отменили после нападения террористов на Беслан – хотя причинно-следственной связи вообще не прослеживалось.
Словом, эхо пожара в областной детской больнице будет долгим. И многим аукнется. Безусловно, скажут свое слово следственные органы, и мы надеемся, что они не ограничатся поисками «стрелочника», а будут расследовать комплекс проблем.
А мы постараемся держать читателей в курсе событий вокруг тверского здравоохранения.
Мария Орлова
мурзя в профиль

Отстать навсегда - теперь это запросто

Написала про новую региональную политику. По итогам Гайдаровского форума и собственных наблюдений за жизнью на протяжении последних 20 лет. Читайте в послезавтрашнем "Караван+я"

Неравенство между областями России нарастает
В развитых регионах люди живут на 17 лет дольше, чем в неразвитых

На прошлой неделе на Гайдаровском форуме мы с большим интересом приняли участие в дискуссии о новой региональной политики России. Эта дискуссия была призвана подготовить материалы для Указа президента России, где впервые с 1996 года будут сформулированы основные принципы взаимодействия Центра и регионов.
Выводы неутешительные: как в мире усиливается разрыв между технологически развитыми странами и всеми остальными, которым, похоже, их никогда не догнать, так и в России нарастает неравенство между регионами. И несмотря на то, что федеральная власть, как мифологический Прокруст, стремится «там подрезать, здесь натянуть», одни регионы будут развиваться дальше, а другие могут даже исчезнуть.

Почему получилось у них, а не у нас?
У Москвы с регионами отношения специфические. Самый страшный сон Кремля – сепаратизм. «Берите суверенитета столько, сколько унесете», - сказал покойный Ельцин, и на этой волне в 90-е годы в России начала расти могучая региональная элита. Губернаторы бодались с мэрами, диктовали свои условия центру, и, в конце концов, объединились в партию «Отечество» вокруг Евгения Примакова и Юрия Лужкова – с тем, чтобы взять власть из рук ослабевшего Ельцина. Это совершенно не входило в планы всесильных тогда олигархов, и покойный Борис Абрамович Березовский мгновенно создал противовес губернаторской партии, «Единую Россию». Региональное начальство, привыкшее «колебаться вместе с курсом», быстро «переобулось», и в результате «Единая Россия» поглотила это самое «Отечество». Относительно самостоятельные региональные князья быстро сошли на нет, тем более, что вскоре были отменены прямые губернаторские выборы.
В период роста цен на нефть с регионами был разговор короткий. Основным источником пополнения бюджета были нефтедобывающие области, поэтому тем главам, кто пытался «качать права», настаивать на том, чтобы на территории оставалось больше собираемых налогов, быстро указывали на это обстоятельство. Мол, вы сами ничего не зарабатываете, это мы вас кормим. Вертикаль власти выстроилась до такой степени, что любая инициатива на местах стала казаться неуместной. Губернаторский корпус вырождался.
Сегодня Россия столкнулась с противоречием, которое сложно разрешить. Понятно, что надеяться на нефтяные деньги бесперспективно, и надо развивать экономику всех регионов, заводить в России свое сельское хозяйство, промышленность и т.д. Но как только на губернаторском посту оказывается сильная фигура, способная решать эти задачи, « с мест» начинаются напоминания о том, о чем в Москве предпочитают забыть: что Россия – федеративное государство, что на уровне региона должно быть больше полномочий. Словом, сильные главы проблемнее, чем слабые, они чувствуют за собой определенные права. Что и показала сессия Гайдаровского форума, посвященная перспективам региональной политики, прошедшая 12 января в Российской академии народного хозяйства и государственного управления.
В президиуме находились самые сильные губернаторы, чьи регионы являются донорами федерального бюджета. Анатолий Артамонов, губернатор Калужской области, Рустам Миннеханов, глава Татарстана, Виктор Толоконский, губернатор Красноярского края, Сергей Морозов, губернатор Ульяновской области, Светлана Орлова, губернатор Владимирской области, Антон Алиханов, врио губернатора Калининградской области. Характерно, что Калужская, Владимирская и Ульяновская область до недавних пор были еще более депрессивными, чем Тверская. И только за счет таланта руководителей они смогли выйти в другую категорию – хотя предпосылки были хуже, чем у нас.

«Ну ты и влип!» (обращение к губернатору)
Модератор дискуссии, руководитель Центра стратегических разработок Алексей Кудрин в своем вступительном слове сказал о том, что по прогнозам экспертов ЦСР в ближайшие годы усилится роль крупных городов, как места концентрации знаний и ресурсов. «Страны сегодня конкурируют крупными городами». А между городами усилится конкуренция за людей. (Мы знаем, что в последнее время в рамках «усиления вертикали» роль городов на российской политической карте специально нивелировалась. Города – они ведь рассадник вольномыслия). Но это тема еще одного большого разговора. А пока – мнения губернаторов.
Анатолий Артамонов, глава Калужской области – автор экономического рывка региона, гораздо более слабого, чем даже Тверская область.
- Мое твердое убеждение, что для регионов нужна мотивация. Если что-то получилось сделать, должны появляться дополнительные возможности. Не думаю, что это делается умышленно, но та политика, которая осуществляется сегодня Минфином, носит дестимулирующий характер. Если регион добивается роста бюджетных доходов, то он сразу вылетает из всех программ помощи федерального центра, и софинансирование становится заоблачным – не 5% от региона и 95% от федерального центра (например, на строительство школ – прим.ред.), а наоборот. Получается такая запретительная мера.
Количество регионов доноров уменьшается. А Калужская область взлетела в доноры, и сразу обожгла себе перышки, - грустно заметил Анатолий Артамонов, и продолжил: - Не надо бить молотком по голове тех, у кого что-то получилось только что. Дайте этим регионам хоть чуть-чуть пожить. А то тут на форуме в кулуарах все ко мне подходят, и говорят: «Ну ты и влип»
От индустриальных парков в Калужской области федеральный бюджет получил 272 млрд рублей, а региональный – 32 млрд. Централизация нарастает, сейчас на все над испрашивать санкцию Москвы, между тем, как в регионе, по словам Артамонова, многое виднее.
- Не надо отдавать нам полномочия, затрагивающие конституционный уровень. Но почему штраф за неправильную парковку должны назначать из Москвы?
Рустам Миннеханов, глава Татарстана, развил тему:
- Поддержу старшего товарища. Мы тоже регион-донор, регионы – основа экономики страны. У нас по итогам прошлого года – рост экономики, но получилось так, что 8 млрд у Татарстана забрали. А что такое 8 млрд? Это 8 школ, большая протяженность новых дорог.
Глава Татарстана имел в виду, что в минувшем году произошла централизация 1% налога на прибыль, остающегося в регионах, а также централизация ряда других доходов областей-доноров – для перераспределения средств отстающим.
Губернатор Красноярского края Виктор Толоконский говорил, в основном, о том, что огромное количество усилий тратится на преодоление разного рода барьеров. И тоже сетовал на отсутствие мотивации, и на то, что из-за введения новых правил бюджет края потерял в минувшем году огромную сумму – 4 млрд рублей.
- Развитие требует большого участия государственного бюджета. Прибыль можно сделать инвестиционным ресурсом.
Красноярский край поставил задачу за шесть лет, с 2015 года, увеличить бюджет на 100 млрд рублей. И прирастить инвестиции на 30%. Для большинства регионов России – фантастические цифры.
- Важная задаче – развивать университет. Теперь университет должен быть приоритетом для каждого региона, - заметил красноярский губернатор.
Губернатор Ульяновской области Сергей Морозов подтвердил:
- Сегодняшняя система распределения полномочий не обеспечивает стимулов для развития (Ульяновская область потеряла 1,5 млрд рублей, и это огромная потеря для этого региона, не богатого, в отличи от Красноярского края и Татарстана, природными ресурсами).
- Давайте вспомним, что мы федеративное государство – нужно больше свободы и доверия. В регионах есть неэффективные предприятия, которые находятся в федеральной собственности, но чтобы передать их землю и имущество в развитие, никаких сил не хватит. Перезрел вопрос о передаче на региональный уровень контрольно-надзорных органов и ряда федеральных структур. Надо освободить федеральную власть от вопросов озеленения, вывоза мусора, городского благоустройства. Для людей нет разделения на уровни, они не различают государственные органы, региональные, муниципальные – для них это все государство.
Ульяновская область лидирует в привлечении высокотехнологичной промышленности за счет кластерного подхода. Но, по словам губернатора Морозова, запланированные в бюджете деньги на развитие кластеров в регионы так и не поступают. Три года назад выявили 25 кластеров – денег не дали. Год назад осталось 10 кластеров – но и денег по-прежнему нет.
Светлана Орлова, недавно избранная губернатором Владимирской области, по отзывам своих сотрудников, «не женщина, а танк». Ее лоббистские возможности таковы, что команда не успевает перерабатывать достигнутые губернатором договоренности, выводить их на реальные дела. В регионе создано 7,5 тысяч рабочих мест, причем в высокотехнологичных сферах. 30 новых производств появилось в депрессивной Владимирской области – с подачи губернатора туда пошли государственные корпорации. На миллион человек в год вырос туристический поток, появился первый в России частный город «Доброград», построенный инвестором, пришедшим из компании «Аскона».
- Мне может, и не надо федеральных денег. Только не мешайте. Вот, отняли у Владимирской области 1 млрд 300 млн. А я сделала бы из них три миллиарда, и пустила бы средства на развитие.
Антон Алиханов, временно исполняющий обязанности губернатора Калининградской области, новый человек в губернаторском корпусе, но уже оказался в президиуме с главами-тяжеловесами:
- Калининград – тоже регион-донор, за счет свободной экономической зоны. Налоги от свободной экономической зоны в наш бюджет не поступают, сразу уходят в центр.
Анклав России на Балтике требует особого внимания. Так, калининградские производители столкнулись с тем, что все их льготы нивелируются тем, что при вывозе товаров в Россию приходится два раза проходить пограничный контроль. Бюджет Калиниградской области потерял 1 млрд рублей – это огромная сумма для региона.
- Надо вернуться к идее Калининграда как моста между Россией и Европой, развивать высокотехнологичные, прорывные направления.

За лидерами уже не угнаться?
Александр Цибульский, заместитель министра экономики РФ, напомнил, что Россия – самая большая по территории страна мира, и лишь девятая в мире – по численности населения. Этот разрыв создает множество проблем
За последние 20 лет разрыв между развитыми и неразвитыми регионами увеличивается. В развитых регионах России, например, даже продолжительность жизни выше на 17 лет. И отдача от инвестиций будет в 10 раз больше. Получается, что, например, той же Тверской области уже не угнаться за лидерами.
Такое неравенство создает политику разных возможностей. По словам Алексея Праздничных, специалиста-регионоведа, эксперта форума, инновации смогут развиваться только в 20% регионов России. Остальным нужно повышать качество человеческого капитала и развивать инфраструктуру – авось, что-то получится.
- Однозначно не имеет смысла поддерживать высокий уровень населения. Надо снижать барьеры для межрегиональной миграции. За счет развития регионов-лидеров будут богатеть и соседи.
Для Тверской области, ближайшего соседа Москвы, это особенно актуально. Других-то шансов разбогатеть, пожалуй, и нет, только излишками московских и питерских благ воспользоваться.
Алексей Кудрин подвел итог дискуссии такими словами:
- В регионах есть резерв для развития России, но этот резерв надо раскрыть с помощью правильной настройки, корректировки отношений с центром.
P.S. Да, вы спросите, был ли на этой панельной дискуссии губернатор Тверской области Игорь Руденя или другие представители правительства Тверской области? Отвечаем: не было, мы участвовали и за них, в том числе