Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

мурзя в профиль

Кабала святош

Моя духовно-политическая статья из послезавтрашнего "Караван+я". Скандальный визит тверского архиерея в Казахстан. Трагическая гибель тверитянки монахини Анны (Ткач) в Псковской области. И наконец, построят ли Спасо-Преображенский собор? Все это - на фоне неожиданно злободневной премьеры в местном драмтеатре.

- Надо ли выметать сор из избы, или лучше жить в этом мусоре веками? Мы в газете «Караван+я» давно и твердо заняли позицию «выметальщиков» мусора. Может быть, поэтому нас ненавидят современные «тартюфы», изобилующие и в Тверской митрополии Русской православной Церкви, и в региональных медиа, и среди чиновников. Те, кто изображает из себя патриотов – и разворовывает Родину. Кто притворяется верующим православным – и нарушает все мыслимые нравственные нормы. На прошлой неделе к нашему голосу присоединился голос коллектива Тверского академического театра.
«Кабала святош», спектакль по пьесе Михаила Булгакова (в сюжете которого «спрятан» сюжет мольеровского «Тартюфа») у режиссера Валерия Персикова получился неожиданно злободневным. Первая параллель – с историей про фильм «Матильда» Алексея Учителя. Кампания, развернутая в пьесе Булгакова архиепископом де Шарроном против спектакля Мольера «Тартюф» напоминает борьбу бывшего прокурора Крыма депутата Госдумы Натальи Поклонской с этим безобидным произведением (премьера «Матильды» в Твери тоже, между прочим, состоялась на прошлой неделе). Вторая параллель – актуализировавшийся образ Тартюфа, показного святоши, который ходит, воздев очи горе, обличает погрязший в нечестии мир, а сам втайне творит такие безобразия, от эротических до экономических, что мало кто в «погрязшем в грехах мире» до такого додумается.
Когда в середине 90-х «Кабалу святош» ставила в тверском ТЮЗе покойная Лариса Лелянова, спектакль был очень хороший, но параллелей с теми днями почти не было: такое чистое искусство, осмысление вечных отношений писателя и государства в историческом контексте, плюс блестящая игра актеров. Сегодня поставить «Кабалу святош», да еще через дом от Тверской митрополии – это Поступок.

Тартюфы всюду
Те, кто знают ситуацию в тверском православии, не раз наблюдали таких «тартюфов» - благочестивых смазливых молодых людей в монашеском сане (чаще всего, из родной для нашего архиерея Украины), постепенно забирающих в свои руки и старенького митрополита Виктора, и какой-нибудь епархиальный склад, и самые доходные храмы Тверской области. Часть из них потом саморазоблачалась, навлекала на себя гнев «владыченьки» (а «владыченьки» эти умеют гневаться так, что хоть святых выноси – об этом мы еще напишем в нынешней статье). Часть – так и осталась в пределах нашей многострадальной Тверской области. Теперешний приближенный нашего митрополита, владыки Виктора, наместник Вознесенского собора Дионисий (Батраев) перещеголял всех. Недавно Дионисию исполнилось 30 лет, и теперь он ждет, что станет в Тверской епархии викарным епископом. Типа, «дедушка» (сиречь митрополит Виктор, 1940-го года рождения) старенький и слабенький, ему нужна помощь. До этого Дионисий стал секретарем архиерейского совета, получил центральный храм областного центра и епархиальный склад, а еще возжаждал светской власти.
Губернатор Игорь Руденя, человек православный, только приехав в Тверскую область, решил найти поддержку и совет в Тверской митрополии. И угодил в логово «тартюфов». Не знаем, как сейчас, а некоторое время назад всерьез обсуждалось, что владыка Виктор и Дионисий получат кабинеты в здании администрации Тверской области, и туда переедет половина служб митрополии. Дионисий то ли стал, то ли не стал советником губернатора, но точно вошел в состав Общественной палаты региона.
Хорошо, что наши православные «тартюфы» настолько не любят католиков, что не готовы отождествить себя с мольеровским образом, чуждым конфессиональных различий. Да и зарубежную литературу в Казанской семинарии, в которой с 2013 года учился Дионисий Батраев, видимо, не преподают. А то бы не избежать театру протестов от соседей по улице Советской!

«Невыгодный» собор, и международный скандал
Кажется, губернатор Игорь Руденя начал понимать, что происходит в Тверской митрополии. Так, 4 октября он взял под свой личный контроль ход работ по восстановлению Спасо-Преображенского собора, и обратил особое внимание на необходимость строгого контроля за расходованием пожертвований и информирования граждан о ходе работ. Разговоры о восстановлении главной святыни Твери ведутся очень давно, но такое впечатление, что владыке он выгоднее не восстановленным. Именно на собор в таком, полумифическом виде, можно собирать деньги спонсоров, требовать финансирование из бюджета. А когда восстановят – какой с него доход? Прихожан в этой части города почти нет, так, будет мемориальное здание, и все... Активная фаза строительства началась в 2014 году. Забор появился гораздо раньше, но только сейчас стены будущего собора выглянули из-за этого забора. Отметим, что в большинстве российских областных городов взорванные в годы советской власти кафедральные соборы восстановлены уже давным-давно.
Между тем, дела наших «благочестивых старцев» в этом октябре стали темой аж международного скандала. 1 октября делегация тверского духовенства во главе с митрополитом Тверским и Кашинским Виктором приняла участие в праздновании 145-летия Туркестанской епархии, в столице Казахстана Алма-Аты. В результате некие иеромонахи Герман и Исаак (или Иаков?) прибывшие с тверским митрополитом, «проявили нездоровый интерес к студентам семинарии, «выполнявшим послушание по обеспечению визита». Информация получила распространение среди студентов, и вышла за внутрицерковные приделы. «Развитие ситуации может иметь крайне неблагоприятные информационные риски для всей Церкви», - пишет в рапорте митрополиту Астанейскому и Казахстанскому Александру тамошний секретарь епархиального Совета.
Этот рапорт появился на блоге отца Андрея Кураева, причем он намекает, что получил этот рапорт не из Казахстана, а из Твери. «Полагаю, что м. Александр этот рапорт переслал в Тверь м. Виктору. А в его окружении любимчики владыки люто конкурируют друг с другом - вот и решили оттолкнуть нежелательный контингент», - пишет отец Андрей.
Рассказывают, что по Тверской митрополии объявлен сбор средств. Видимо, владыке Виктору нужны деньги, чтобы замять в Москве эту неприглядную историю.

«Деспот» и невинная жертва
Владыка (как в православной традиции называют архиерея) – по-гречески «деспот». «Исполла эти деспота» («Благослови, владыка») поет хор своему архиерею. Деспотические замашки псковского владыки Евсевия, коллеги нашего Виктора, известны давно. Он много лет давил выдающегося священника, церковного публициста, прошедшего советские лагеря, отца Павла Адельгейма. В 2013 году отец Павел погиб от рук сумасшедшего.
А на прошлой неделе в Псковской области трагически погибла монахиня Анна (Ткач), тверитянка, в миру носившая имя Вера Ивановна Ткач. Инокиня Анна была исполняющей обязанности настоятельницы Свято-Троицкого Творожковского монастыря в Псковской области. Начинала она свой монашеский пути в Свято-Екатерининском монастыре в Твери. Сестры помнят ее как очень рукодельную, добрую, активную. Такой запомнили настоятельницу Творожковского монастыря и паломники.
Инокиня Анна попала в тяжелое ДТП, и сгорела в заблокированной машине, когда гнала на именины владыки Евсевия. Монахиня, которая была за рулем, и другая находившаяся в машине сестра – в тяжелом состоянии в больнице. Они врезались на встречной полосе в маршрутку, там тоже есть пострадавшие.
Рассказывают, что мать Анна не хотела ехать на именины архиерея, ссылалась на дурное самочувствие. Но, якобы, митрополит Евсевий так разгневался, так рвал и метал, угрожая извергнуть монахиню «во тьму внешнюю», что она, когда ей позвонили и рассказали об этом, была вынуждена срочно помчаться в Псков.
Знающие люди предполагают: дело в «конвертиках». Именины для архиерея способ собрать «подарки» со всех храмов и монастырей. Обитель в Творожково не бедная, спонсоров имеет. И попытка настоятельницы уклониться от приезда на день ангела архиерея воспринята была ка попытка уклониться от обязательной «дани». Церковная экономика – еще одна «бездна, звезд полна». Многие сравнивают ее с трубой, которая все высасывает снизу, от простых священников, служащих в приходских храмах, наверх. Впрочем, это отдельная большая тема.
Многих шокировало то, что на сайте Псковской епархии долго не сообщали о гибели матери Анны. Люди заходили туда, чтобы узнать о трагической новости – а на сайте сплошные именины Евсевия. Потом владыка приехал на отпевание несчастной инокини, и сказал:
- Суета заслоняет от нас все доброе и полезное для церкви, полезное для жизни временной, земной и для жизни вечной, небесной. И находясь у гроба матери Анны поразмыслим и о своей жизни земной, всегда ли мы готовы перейти в вечность?
****
Воистину, кабала святош вокруг. И очень от этого горько. Мольера обвиняли в кощунстве, хотя он писал не о религии – он высмеивал лицемеров. Мы тоже сталкиваемся с тем, что нас стремятся обвинить в некоей «атаке на православие», в то время, как у нас душа болит о том, во что превращают Церковь ее нерадивые служители.
Мария Орлова

мурзя в профиль

Покинул ли преподобный Нил Селигер? Специально для Кураева репортаж с места событий

Визит патриарха Кирилла: как это было
Почему отменили крестный ход с мощами преподобного Нила Столобенского?





Главным религиозно-политическим событием это лета должен был стать визит на Селигер, в Нило-Столобенскую пустынь патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Торжества анонсировались с 8 по 12 июня. Сам визит патриарха ожидался 9 июня, в день, когда празднуется 350-летие обретения мощей преподобного Нила Столобенского. Мы отправились по святым местам Селигера, чтобы увидеть подготовку к празднику и участвовать в торжествах. Скажем прямо, то, что мы увидели, было неожиданно.
Из Твери создавалось впечатление, что подготовка к визиту патриарха идет мощная. Доходили слухи о появившихся в Осташкове хороших дорогах (небывалое явление за весь обозримый исторический период). В официальных СМИ выходили бравурные репортажи о новом мосте от Светлицы на остров Столобный.
Было видно, что для губернатора Игоря Рудени, человека искренне верующего, православного, визит предстоятеля Русской православной Церкви важен лично. И он делает все, чтобы торжества прошли без сучка и задоринки.
Но, увы, в этот раз как никогда было важно наличие работоспособной команды, а также помощников на местах – в Осташковском районе, в самой Церкви… Судя по всему, команды и помощников не было. Чиновники областного правительства озабочены своим выживанием в кабинетах: боятся сделать что-то не то – и поэтому не делают ничего. Власть на местах разгромлена, и профильным заместителям губернатора, а также министрам регионального правительства просто не с кем разговаривать, когда они приезжают в Осташковский район. Глава Осташковского района Михаил Тузов – под каким-то мутным уголовным делом, главы поселений затаились в преддверии упразднения  (в районе собираются сделать единый «городской округ», в связи с чем муниципальные руководители низшего звена уже сейчас перестали что-либо делать).
Солнце скрылось по молитве
Шоссе Тверь-Осташков почти не изменилось, такое же, как было. Дорога до Ниловой пустыни мало чем отличается от того, какой она была лет 10-15 назад, когда мы часто сюда ездили. Однако, по словам местных жителей, она существенно лучше, чем два-три года назад.
7 июня, когда мы приехали в деревню Светлица, над Селигером светило яркое солнце, и казалось – еще пара дней, и можно будет купаться. В этот день в Осташкове проходила научная конференция «Селигерская земля в истории, культуре и духовности России». Предыдущий такой форум был здесь в 2005 году, в 10-ю годовщину перенесения мощей преподобного Нила Столобенского из Осташкова в Нилову пустынь. Участникам было с чем сравнивать. В тот раз покойный архимандрит Вассиан, первый настоятель Ниловой пустыни после возрождения монастыря, принимал историков, краеведов и музейных работников в трапезной обители, угощал их обедом, долго с ними беседовал. Сейчас все было гораздо скромнее, монастырь практически устранился от научно-исторической части праздника. Спасибо, что на экскурсию в Нилову пустынь свозили – правда, краеведы были покороблены происходящем в монастыре «благоустройством». Один из них позже признался мне позже, что посмотрев на загорающих на бережку иеромонаха Дионисия (Батраева), ответственного за организацию торжеств от Тверской митрополии, и епископа Канского и Богучанского Филарета (Гусева), бывшего помощника тверского архиерея Виктора, помолился в душе: «Преподобный отче Ниле, ты же великий чудотворец! Пошли этим деятелям 9-го июня дождь на весь день, чтобы посрамились они перед лицом начальников».
И преподобный услышал любящего Тверскую область и его обитель человека.

Нилова пустынь: символ надежды в 90-е
…Лично я первый раз побывала в Нило-Столобенской пустыни как раз во время перенесения мощей преподобного Нила Столобенского из Осташкова в возрожденный монастырь, в июне 1995 года. Тогда в торжествах принимал участие патриарх Алексий II, и в Осташков и Нилову пустынь приехали много тысяч паломников, которые прошли крестным ходом 25 километров от города до деревни Светлица.  Это были романтические времена возрождения Церкви, когда казалось, что возвигнутся стены монастырей – и люди изменятся. Мои друзья массово шли в священники, не зная, какие испытания уготовал им Господь. (Тогда, кстати, за торжества в Осташкове отвечал игумен Юстиниан, первый настоятель тверского Вознесенского собора. После этого его карьера пошла резко вверх, он быстро стал епископом, и сейчас, в 2017 году, приехал на торжества уже как архиепископ Калмыцкий и Элистинский. Возможно, молодой нынешний настоятель Вознесенского собора Дионисий (Батраев) думал, что ему тоже уготован такой карьерный скачок, но если в 1995 организация торжеств была на уровне, то сейчас она, можно сказать, провалилась. Впрочем, не будем забегать вперед).
Первыми благотворителями возрожденного монастыря были тверские предприниматели. Особенно много сделал Павел Панкратов, директор экскаваторного завода. Силы предприятия были брошены на то, чтобы сделать монастырь более или менее обжитым, не похожим на руины. Тверитяне помнят телемарафон «Всем миром», которые провели для сбора средств на реставрацию Ниловой пустыни сотрудники тверского телевидения Валентина Быкова и Александр Кокарев. В Ниловой пустыни царил особый дух – в небольшом отремонтированном приделе Богоявленского собора монастыря и икон-то почти не было, зато были настоящие верующие, пробивавшиеся сюда в любую погоду, из разных городов.
Потом появились серьезные спонсоры. Архимандрит Вассиан, полвека хранивший мощи преподобного Нила Столобенского в Осташкове, ушел на покой из-за тяжелой болезни, и во главе монастыря стал Аркадий (Губанов) – так сказать, «эффективный менеджер». Корпуса монастыря покрылись свежей штукатуркой и стеклопакетами. Рядом с собором появилась специальная «архиерейская гостиница». Сам собор тоже был отремонтирован – в стиле «провинциальный евроремонт». Вроде, «дорого-богато», всюду позолота, а души, или, по-светски выражаясь, стиля не чувствуется. Побывав здесь года три назад, я еще подумала – каково преподобному Нилу, отшельнику, ушедшему на пустынный берег Селигера подальше от людской суеты, лежать среди всего этого китча?

…и уныние наших дней
То, что мы увидели в Ниловой пустыне на этот раз, даже китчем не назовешь. Сейчас все здесь похоже на совковую промзону. Вековые деревья у входа и моста на остров уничтожены. Похоже, что о. Аркадий (Губанов) и местные монахи не очень внимательно читали житие святого Нила. Там есть эпизод с попыткой окрестных крестьян срубить на острове Столобном деревья - святой наказал их слепотой!
Вместо красивого деревянного мостика появился шатающийся и дребезжащий железный мост из какого-то профнастила. Территорию засыпали серой грязью – якобы, гранитной крошкой. Видимо, в последний момент кто-то из начальников обратил внимание, что эта серая грязь смотрится отвратительно, поэтому уже при нас, когда до визита патриарха было меньше суток,  ее засыпали сверху известковой щебенкой.
В анонсах торжеств указывалось, что ожидается 10 тысяч паломников. Специально для них был приготовлен палаточный лагерь на территории бывшего лагеря кремлевской молодежи «Селигер». Паломникам предлагалось регистрироваться на сайте Тверской митрополии, к этом призывал огромный транспарант в центре Твери, на стене Вознесенского собора. Зарегистрировавшихся было 1300 человек. Но отнюдь не все из них доехали до Ниловой пустыни.
В мини-гостинице, где мы остановились, гостила супружеская пара из Ржева. Эти люди тоже приехали на праздник в честь Нила Столобенского и на патриаршье богослужение. Накануне они съездили на разведку в Нилову пустынь, от кого-то узнали, что к монастырю будет не подъехать, надо идти пешком пять километров – и уехали. В самом Осташкове ходили легенды о повышенных мерах безопасности, и осташи, памятуя о том, что лагерь «Наших» был недоступен в моменты высочайших визитов, тоже отказались от мыслей о поездке.
Мало того, на визит патриарха практически не аккредитовывали журналистов! Автобус с прессой пошел полупустой, но нам, например, в поездке в Нилову пустынь отказали (пресс-служба не знала, что мы уже там).
В результате этого искусственного «отсекания» желающих побывать на торжествах народу оказалось крайне мало. Не помогло даже то, что из Твери и районов привезли чиновников. Многие из них просто не пошли в храм. Доехали до автостоянки – и отправились куда-то выпивать.
Хотя, на самом деле, между автостоянкой и монастырем постоянно курсировали маршрутки. И попасть в Нилову пустынь было несложно – было бы желание. Правда, когда по молитве того краеведа 9 июня зарядил обложной холодный дождь, это желание пропало у многих.

Патриарх мог не прилететь
В том числе, как рассказывают наши источники, засомневался, надо ли ему в Нилову пустынь сам патриарх Кирилл. Утром 9-го июня сотрудники ФСО объявили, что визит может не состоятся. Правда, чуть позже в небе над Селигером все же застрекотал вертолет. Немногочисленные паломники, стоявшие у храма с 8-ми утра, к тому моменту уже окончательно продрогли. Но в храм пускали только по специальным приглашениям – согреться было негде.
Судя по видеотрансляции, церковь была заполнена чиновниками, и непонятными казаками. Народ стоял не сильно плотно, и периодически выходил подышать. Депутаты Законодательного Собрания Тверской области, тоже привезенные загодя, выстроились в левом приделе храма, откуда не было ничего видно и слышно.
Патриарх Кирилл возглавил богослужение, в котором участвовало 16 митрополитов, архиепископов и епископов, пел хор Московской духовной академии. Богослужения патриарха, да еще в трансляции телеканала «Союз» - это всегда вдохновляющее зрелище. Наш митрополит Тверской и Кашинский Виктор стоял в дальнем углу, и не часто попадал на экраны. Но когда попадал, глаза слепил его раззолоченный наряд, самый роскошный среди всех присутствующих.
Что-то пошло не так, когда перед причастием мирян начал говорить проповедь печально известный иеромонах Иаков (Степкин). Наша газета много писал о нем года два назад, когда этот боримый многочисленными страстями монах был наместником тверского храма Трех исповедников. Если помните, сначала он дрался со служащими храма – в том числе, со старостой Еленой Губановой, бывшей женой настоятеля Ниловой пустыни Аркадия (Губанова). А потом стал фигурантом уголовного дела о растлении несовершеннолетнего мальчика. Дело было замято, а Иакова (Степкина) отправили на исправление в Нилову пустынь.
Иаков (Степкин) говорил правильные вещи: о подлинной христианской свободе, о том, что нельзя относится к Нилу Столобенскому, просто как к красивой легенде -если вы пришли к нему с таким настроем, преподобный не откроет вам окошко своей пещеры, а наоборот, затворится от вас, и как-нибудь накажет. Но в устах этого человека правильные слова звучали какой-то пародией.
По слухам из алтаря, патриарх Кирилл был крайне недоволен появлением Степкина, который приехал в Тверь из Смоленской епархии, где раньше был митрополитом сам Кирилл. Скорее всего, патриарх в курсе всех недостатков этого человека, и подсовывать его для произнесение проповеди было просто непростительно. Не знаем, как просмотрела этот момент патриаршья служба протокола, но факт остается фактом: именно после проповеди Степкина курсанты Академии ПВО, сначала выстроившиеся по пути следования крестного хода с мощами Нила Столобенского, получили команду построится вдоль пути из храма в гостиницу. Решение об отмене крестного хода было принято.
После причастия (людей вне храма причащали тверские священники, которые вынесли чаши на паперти собора, причастников было немного), патриарх Кирилл сказал проповедь: о том, что такое быть подвижником. И наградил ряд знаковых для Тверской области людей. Так, получил орден бывший глава администрации Тверской области Владимир Суслов, при котором начиналось возрождение Ниловой пустыни. Награжден и руководитель агрохолдинга «Дмитрова Гора» Сергей Новиков. Патриаршьи грамоты получили архимандрит Аркадий (Губанов) и тверская художница Людмила Юга. Губернатору Игорю Рудене патриарх Кирилл подарил икону Покрова Богородицы.
Когда патриарха приветствовал митрополит Тверской и Кашинский Виктор, многие обратили внимание, что руки пожилого митрополита ходили ходуном, и от волнения он сильно путал русские слова. Еще бы – отмена крестного хода, который 22 года проходил в обители, дурной знак! Преподобный Нил затворил окошко своей пещеры.
Известный богослов протодиакон Андрей Кураев, пристально следивший за историей с приключениями иеромонаха Степкина, даже предположил, что преподобный покинул Селигер. Нет, не покинул, а всего лишь отвернулся от ряда насельников своей обители….

Исток Волги – благоустройство на грани разорения
После Ниловой пустыни патриарх Кирилл полетел на Исток Волги. Мы побывали там накануне, и поняли, что в дождь грунтовая дорога от деревни Свапуще до Волговерховья будет совсем непроезжей – ее только что подсыпали свежим мокрым песком, который просто не успели как следует утрамбовать. Даже в сухую погоду мы увидели улетевшую в овраг при заносе машину. В ливень отправлять сюда автобус с паломниками было бы смертельно опасно.
Вечером перед визитом патриарха на Истоке вовсю работала дорожная техника и многочисленные таджики – зрелище было еще более грустное, чем в Ниловой пустыни. Грязь, всюду бетон и пресловутая гранитная крошка (она же серая грязь). В начале деревни оборудован целый аэродром, две бетонные вертолетные площадки. Мы подслушали разговор какого-то начальника с работягами: они объясняли ему, что делать крышу надо 20 дней, а он велел им управится за ночь. Апофеозом того, что мы увидели, был стоявший на улице унитаз.
Когда мы уезжали с Истока, туда прилетел с инспекцией губернатор Игорь Руденя. Он поинтересовался нашим мнением, и мы честно сказали, что за то, что тут понаворочено, надо кое-кому что-то отрезать.
- Зря вы на вертолете прилетели, проехались бы по дороге, и поняли бы, кого и за что наказать!
Судя по фотографиям, на следующий день патриарх Кирилл служил водосвятный молебен на истоке только в обществе тех, кто поместился в вертолеты. Машины в дождь туда бы не пробились.
И на Волговерховье, и в Ниловой пустыни мы дважды пообещали губернатору Игорю Рудене написать всю правду о том, как мы увидели нынешние торжества. Игорь Михайлович, мы видели, что вы старались и пытались сделать как лучше. Но одному со всем не справиться, и 350-летие обретения мощей Нила Столобенского этого показало. Сделайте что-то со своим окружением – ведь дальше будет только труднее, соратники понадобятся.
Мария Орлова
мурзя в профиль

С куличом во главе

Моя политическая колонка из послезавтрашнего "Караван+я". Что делать, если губернатор - дюже православный? (Размышления прихожанки со стажем,между прочим)

Куличи и политика
Очень Православные Чиновники как новый тренд

Главным событием прошлой недели для христиан всех конфессий была Пасха. И сегодня, на Светлой пасхальной неделе хотелось бы поговорить на непростую тему – о роли Русской православной Церкви в сегодняшней политике. В частности, в политике региональной. Не секрет, что Тверская область год назад получила Очень Верующего Губернатора. Хорошо это или плохо? Пока мнения сильно расходятся…

«Благотворители и благоукрасители» поневоле

Сразу подчеркну: я сама человек православный. Хожу в храм каждую неделю, причащаюсь. Поэтому то, что я собираюсь писать, знаю изнутри, причем долгие десятилетия. О чем-то скорблю, как о болезни близкого, что-то вызывает у меня сочувствие. Но злопыхательством тут не пахнет. Это необходимое пояснение, сейчас поймете, почему я его делаю.
Итак, некоторое время назад Игорь Михайлович Руденя, губернатор Тверской области, на заседании Правительства региона объявил о своем намерении перечислить свой месячный оклад в фонд строительства Спасо-Преображенского собора. Министры и начальники департаментов замерли: они поняли, что им тоже придется раскошеливаться. И да, из недр областной администрации до нас доносятся слухи, что придется. Говорят, всем велено перечислить по месячному окладу – независимо от взглядов и убеждений. Чиновники, конечно, народ не бедный, и у них даже есть такая забытая во внебюджетной сфере штука, как тринадцатая зарплата. Но как-то не почувствовалось в ответной реакции бодрости и понимания. А комментарии к новости об этой инициативе Игоря Рудени на сайтах тверских СМИ и в соцсетях и вовсе поражали своей злобой – народ не только не понял и не принял этот поступок губернатора, но и гневно осудил его.
Еще несколько лет назад и благотворительность со стороны власть предержащих осуществлялась не так, и религиозность их проявлялась несколько по-другому. Помню, например, как, как-то случайно зайдя среди буднего дня в один из тверских храмов, я увидела, что бывший глава администрации Твери Василий Толоко передает настоятелю деньги - на колокола. Василий Борисович, увидев меня, попросил не писать об этом. Я и не писала, но сейчас Василий Толоко уже давно не работает в Твери, и поступок его я просто привожу как пример обычной христианской благотворительности: делать добро надо так, чтобы твоя правая рука не знала, что творит левая. Или, например, много лет назад ранним утром увидела я в Вознесенском соборе стоящего в очереди к исповеди замгубернатора Владимира Грабарника. Не в алтаре у настоятеля он исповедовался, а у простого очередного священника, который, может, и не знал, что этот мужчина с бородкой – заместитель губернатора. Идиллические были времена. Тогда православие не было государственным трендом, все происходило по велению сердца, по зову души. А сегодня атмосфера вокруг Русской православной Церкви создалась какая-то совсем другая. Чем это объяснить?
Политолог Екатерина Шульман в нашей с ней беседе перед состоявшейся в марте в Твери ее лекцией, особо отметила сложившийся феномен «бюрократического православия». Наше общество, как ни крути, за годы советской власти утратило связи с христианством на 99%. Даже бабушки и дедушки нынешних сорокалетних людей взрослели в атеистической среде. Недаром разговор о религии, согласно последним опросам Левада-центра, наш народ считает чем-то неприличным – он в ней ничего не понимает, и понимать не хочет.
Все взаимодействия с Церковью для обычного человека, в том числе, для бюрократа высокого ранга, это, в основном, некая обрядовая магия, «обереги на успех» (которого, кстати, христианство никому не обещало никогда – мы чтим Распятого Христа, святых мучеников, отшельников и прочих «лузеров» мира сего). Но для государственного чиновника, которого встречают пирогами игуменьи, и который дает миллионы архиереям «на паломничество на Афон» Церковь – еще и клуб, где можно чувствовать себя правильным и хорошим человеком, не вдаваясь в подробности православного богословия, пожалуй, самого сложного из всех богословий мира.
Страшный опыт 20-го века показывает: все может измениться вмиг. И если завтра одобряемой «свыше» идеологией опять станет государственный атеизм, много ли из нынешних благочестивцев рискнут остаться в Церкви, зная, что в любой момент могут оказаться на Соловках, и отнюдь не в качестве паломников?
В общем, в религиозном отношении народ и власть перестали понимать друг друга. Чиновники искренне думают, что людям нравится, когда они, например, передают Церкви Исакиевский собор – а люди злятся. Чиновники думают, что отдать зарплату на храм – хороший пиар, а люди негодуют… И пропасть эта все шире с каждым неловким шагом церковных или светских властей навстречу друг другу. Но «наверху», ни в Церкви, ни во власти, нет понимания глубины ширящейся пропасти, ее просто не видят.

Околоцерковные назначения

Год назад, приехав в Тверскую область, Игорь Руденя в первую очередь решил увидеться со здешним архиереем, митрополитом Тверским и Кашинском Виктором. В общем, это было логично: владыка Виктор возглавляет Тверскую епархию в конца 80-х, и уж наверное, должен был бы знать, где здесь люди хорошие, а где – нехорошие. Но мир наш неидеален, и давно воцерковленные люди знают про все западни, которые могут поджидать в общении с отечественными архиереями. Достаточно погуглить – и узнаешь, кто какой страстию борим (хотя есть и безусловно праведные владыки, но их меньшинство). В общем, связавшись с владыкой Виктором Игорь Руденя попал во внутриэлитную конфликтную ситуацию, которой счастливо избежали предыдущие маловерующие губернаторы, державшиеся от митрополита на почтительном расстоянии.
В Тверской митрополии есть разные священники и монашествующие, среди них большинство – очень достойные люди. Помогать храмам можно и нужно. Но даже в Твери есть храмы, которым помощь нужна гораздо больше, чем Спасо-Преображенскому собору, необходимость восстановления которого подвергается сомнениям в том числе в православных кругах. В конце концов, тверской Спас – это такой мемориальный храм, люди в нем не сильно нуждаются. А вот церковь Божией Матери Неупиваемая Чаша в Южном, которую не могут построить уже 20 лет, действительно необходима – как единственный храм в огромном спальном районе, а также как центр борьбы с пьянством и наркоманией. Священники, брошенные в этом форпосте православия среди блочных советских трущоб, держатся до последнего издыхания (один, отец Алексей Расев, уже не выдержал, скончался в возрасте 47 лет). И никакому губернатору нет дела до этой недалекой окраины.
Вот еще религиозно-политическая новость. Иеромонах Дионисий (Батраев) назначен советником губернатора Игоря Рудени. Во вторник, 18 марта, в Тверской митрополии прошел Пасхальный прием – именно Дионисий курировал его подготовку. Сейчас в руках молодого, 1987 года рождения, монаха – не только самый большой и прибыльный храм города, Вознесенский собор, но и епархиальный склад, где все остальные церкви берут товар для торговли в церковных лавках. А также именно Дионисий назначен ответственным за главное церковно-политическое событие 2017 года, торжества в честь 350-летия перенесения мощей преподобного Нила Столобенского, которые пройдут в Ниловой Пустыни в июне. Этот юноша приехал с Украины относительно недавно, и уже в 20 с небольшим стал делать в Тверской митрополии стремительную карьеру. Знающие люди кивают головами, и обходят стороной Вознесенский собор. А губернатор приближает этого парнишку.
Видимо, с подачи Дионисия Тверская митрополия подписала на прошлой неделе соглашение о сотрудничестве с региональным Министерством здравоохранения. Министр Роман Курынин, вошедший в жесткий клинч со всем профессиональным сообществом, решил найти поддержку у митрополита. Еще недавно это была бы проходная новость, которая вызвала бы только позитивные эмоции - ну и хорошо, митропилия, например, хоспису поможет. В настоящее время - опять же, шквал ядовитых комментарием. Мол, медицину по районам изничтожили, теперь только об отпевании пациентов договариваться остается.
Сейчас поговаривают, что Комитет молодежи Администрации Тверской области вместо Натальи Моисеевой, подруги юности бывшего губернатора Андрея Шевелева, может возглавить бывший иподиакон владыки Виктора, руководитель «Православной молодежи» Вадим Степанов. Сейчас он пока заместитель Моисевой, но лиха беда начало. Вроде, на эту должность претендовал Илья Холодов, депутат тверской Гордумы, верный сподвижник главы фракции «Единая Россия» в Госдуме Владимира Васильева. Но Холодов занимается не тем: надо не на турниках солнышко крутить, и не на лодках-драконах грести. Теперь наше все – земные поклоны, это самый востребованный в областной администрации вид физических упражнений. Видимо, так молодежь намереваются отвратить от политической протестной активности.

Власть и общество идут в разные стороны?

Все это было бы смешно, когда бы не усиливало противостояние молодежи и Церкви. Сегодня в обществе видны два разновекторных процесса. С одной стороны, после того, как в 1917 году в России обнулились все общественные институты, власть каждое новое поколение изобретает «первобытно-общинный строй». Вернее воссоздает то, что было в головах наших крестьянских предков перед тем, как их принудительно выдернули из родных изб, заставив жить в городах. Если не тянуть общество в будущее, оно сваливается в прошлое, причем сразу на несколько ментальных эпох назад.
С другой стороны, за последние 30 лет появился совершенно новый, невиданный ранее в России слой активных молодых горожан, которые эти архаичные коды крестьянских предков просто не воспринимают. Они не смотрят телевизор, не боятся изменений, не повторяют мантру «не жили хорошо, так и начинать нечего». Этих людей пока не видят социологи, опрашивающие по домашним телефонам пенсионеров, не замечают власти (ориентирующиеся все на те же данные социологов). И Церковь с ее иерархией, к сожалению, отталкивает их. Зато именно такие молодые активные горожане являются опорой благотворительности, волонтерских движений. И в политике они о себе заявят, тут и гадать нечего.
Мария Орлова

мурзя в профиль

Великопостное

Два события из первого дня Великого поста. Позвонила в редакцию тетенька, работавшая на снесенном рынке на Привокзальной площади. Плачет, говорит: "Наш православный губернатор сказал, что рядом с храмом (на Привокзалке построили храм св. Александра Невского) нельзя торговать. Я к нему на службе подойти хотела, сказать, мол, что ж вы нас, православных людей, куска хлеба лишаете?" Я удивилась: и на Руси всегда рыночные площади у храмов были, и в других странах. В Греции таверны и бары прямо к церквам пристроены - и ничего. Потом долго думала об этом высказывании губернатора, и пришла к выводу, что в нашей стране, с разрушенными традициями церковной жизни, каждый изобретает свои каноны православия. И губернатор, и старушка на свечном ящике - бывшая комсомолка. И все мы, чего уж там.
Затем шла на канон Андрея Критского, и у храма встретила пьяного мужика: "Что туда ходить-то? Там поют непонятное!", - крикнул мужик, и пошатываясь пошел прочь. А я зашла внутрь. И опять долго думала.
Почти тридцать лет возрождения православия в России - а все "поют непонятное". Сегодня, с неожиданным для священноначалия выходом Церкви в публичное пространство (сначала деятельность нашего отца Андрея Кураева, потом другие соцсети, сайты типа "Ахиллы" и т.д.), мы наблюдаем ситуацию 19-го-начала 20-го веков, поставленную на убыстренную перемотку. Многие из тех, кто горячо уверовал и решил посвятить жизнь православию, жестоко разочаровались, и ушли (иногда - в мир иной, как мой покойный друг священник Алексей Расев).
"Исповедь анонимного священника", которую сейчас активно обсуждают, объяснила мне некоторые психологические нюансы, которые я не понимала, даже наблюдая за своими хорошими друзьями, подавшимися в церковные работники всех мастей. Автор пишет, что в хаосе 90х ему хотелось некоей системы, идеологии. И он ее получил, Систему эту. Взыскующие идеологических шор, отмененных после упразднения райкомов партии и комсомола, нашли место, где можно продолжать работать "идеологическим работником". На лет десять показалось, что это совсем другая жизнь. А потом перевернулось, и выяснилось, что жизнь та же. Был инструктором Пролетарского райкома ВЛКСМ - стал священником, был Савлом, вроде, обернулся Павлом. А повеяло в стране возвращением к старым порядкам, глядишь - опять инструктор райкома комсомола, только в новом облачении...
Другие же, как семинаристы предреволюционных лет, уже бросились с энтузиазмом "отрекаться от старого мира". И выяснилось, что не устраивают их не только "деспоты"-архиереи, костная и корыстная система, а уже и "византийские словеса" им унылы, и псалмы неуместны. Я искренне расстроилась, прочитав, что автор "Исповеди бывшей послушницы" Мария Кикотъ говорит, что утратила веру. Она же была у нее, когда она писала свою важную во многих отношения книгу! Тут ведь какая штука: разочарование может пройти, вера вернуться - а интернет уже зафиксировал сказанное, и кто знает, сколько людей соблазнились.
Я понимаю нынешнюю ситуацию так. 30 лет Церковь как организация, и мы, как отдельно взятые прихожане - старались "восстановить" внешнее благолепие и благочестие, полагая, что за формой придет содержание. РПЦ занималась строительством и ремонтом, мы били поклоны и постились. За образец было взято устаревшее еще во времена своего исторического бытования синодальное богословие и благочестие 19-го века, додуманное и преукрашенное.
Сегодня оно вообще не катит. И ни верующие, ни священники не могут найти в нем ответы на ежедневно возникающие вопросы. Например, как отделись благочестие и веру от невроза и суеверия, "бытового шаманизма", зависимости от ритуалов, смысл которых утрачен? Как предотвратить пастырское выгорание? Я уж не говорю о таких вещах, как церковная, с позволения сказать, экономика, поведение владык, внутренние взаимоотношения в среде духовенства и прочие, как помягче выразиться, нюансы...
Западное христианство весь 20-й век выстраивало диалог с обществом. Трудно, мучительно, часто безуспешно. Но пройдено гигантское расстояние.
У нас же совсем не развивались христианские психология, этика, экономика, социология. Даже запроса такого не было. И богословие, способное связать "византийские словеса" с сегодняшним днем, тоже отсутствует, увы. Так и получается, что очаровавшиеся было, но разочаровавшиеся попы и прихожане с новым пылом "разоблачают" то, перед чем недавно поклонялись...
Дискуссия началась, и это хорошо.
Но во что это выльется? Как-то тревожно.
мурзя в профиль

Предновогоднее, чтобы думать и знать

Уже лет 20 в предновогоднем номере «Караван+Я» мы пишем о тверском священномученике владыке Фаддее (Успенском). Тверского епископа убили в застенках НКВД 31 декабря 1937 года, и таким образом он стал покровителем Нового года в нашем городе. Мало кто из тверитян помнит об этом в предновогодней суете. А помнить прошлое надо – чтобы страшные годы не повторились.

31 декабря в Вознесенском соборе Твери обычно совершается пышная архиерейская служба. У мощей святого Фаддея служит, как правило, митрополит Тверской и Кашинский Виктор, в окружение священников и иеромонахов. И удивительным контрастом выглядит пышность одежд нынешнего тверского владыки с аскетизмом и бедностью прославляемого святого.

Даже сотрудники НКВД, когда пришли арестовывать тверского архиепископа, были поражены бедностью, в которой он жил. Эта бедность сопровождала владыку Фаддея с самого начала его архиерейского служения. Будучи епископом Астраханским, в начале 20-х годов, он ходил в заплатанной рясе, пешком. Для богослужений имел одно лишь облачение (а не пятьсот одно, как нынешний митрополит Тверской и Кашинский Виктор).

«Подлинно святым человеком» называл Фаддея патриарх Тихон, тоже священномученик, тоже неразрывно связанный с тверской землей святой. Он утешал отчаявшихся, которых было так много в те страшные времена, исцелял больных и подавал пример истинно христианского отношения к людям.

В 1993 году я ходила на молебны на могиле владыки Фаддея: в начале 1938 года верующие тайно похоронили своего архиепископа на Неопалимовском кладбище, там, где сейчас Восточный мост (напротив мелькомбината). Обретенные мощи святого долго исследовал иеромонах Дамаскин, крупнейший в России специалист по житиям новомучеников советского времени. После его экспертизы мощи архиепископа Фаддея нашли приют в только-только открывшемся Вознесенском соборе Твери. Вокруг архиепископа-новомученика стала складываться новая община, к нему шли люди, вновь обретшие Христа, – шли как к живому и находили у него утешение.

Многие из этих людей стали священниками, служат теперь в разных храмах Тверской епархии. Миряне разбрелись по другим церквям, но регулярно приходят к мощам владыки Фаддея помолиться.

Нынешнему настоятелю Вознесенского собора Дионисию (Батраеву) тогда было пять лет, и он ходил в детский сад далеко отсюда, на Украине. Он не знает этой романтической эпохи возвращения православия, когда храмы были далеки от роскоши, но души людей горели желанием послужить Богу и народу. Сегодня Вознесенский собор – самый богатый собор Твери, на проходном месте, с огромными оборотами. И, кажется, молодой настоятель воспринимает его как выгодный бизнес. И что же, это значит, что не надо ходить в этот храм?

В житии св. Фаддея есть просто параллельный настоящему момент. Когда в 30-х годах все храмы Твери были захвачены обновленцами и тверского архиепископа вытеснили служить в единоверческую церковь на Соминке, прихожане спрашивали его, можно ли ходить на службу в Спасо-Преображенский собор (главный храм Твери, тогда еще не взорванный советской властью).

Владыка отвечал: там же мощи святого Михаила Тверского, как можно к нему не ходить! Вот и мы идем не к иеромонаху Дионисию или митрополиту Виктору – мы идем к священномученику Фаддею. И в чем помощи у него не попросим – в том он поможет. Я знаю по себе, он слышит наши молитвы и предстоит за нас перед Богом.

Ну а что до нынешнего руководства Тверской епархии, тут вспоминается один византийский случай. Некий святой старец, возмущенный поведением тогдашних церковных иерархов, молился ко Господу: мол, за что нам такие пастыри? И получил ответ: «Искал для вас еще хуже, но не нашел».

Паства, видимо, достойна только таких пастырей. Исправимся мы – и священноначалие обновится.

мурзя в профиль

Судьба священника нового времени. Памяти протоиерея Алексея Расева

Написала статью про моего ушедшего друга, тверского священника Алексея Расева. Очень грустная, и, к сожалению, типичная история. Вижу много ее вариаций в нашей епархии. Но случай с Лешей - самый печальный.

8 декабря не стало тверского священника Алексея Расева, нашего друга, коллеги, писателя и художника, великого фантазера. Вернее, он есть. Но теперь он живет в Вечности. Нас он покинул, когда ему было всего 47 лет.

Самый талантливый
Тверская область даже не понимает, кого она потеряла. Это был человек, который знал столько о каждой улице, каждом доме, о местной психологии и мифологии – что садись рядом, включай диктофон, и книга готова. Не успели, не включили диктофон. Казалось, что он еще и сам напишет свою книгу. Какие его годы! Увы…
Мы с Лешей Расевым начинали работать в только-только нарождавшейся свободной российской прессе в начале 90-х. Все были молоды, смелы, талантливы. А Леша был лучший – самый яркий, талантливый даже чрезмерно. Он был самым способным в своем выпуске калининского художественного Венециановского училища, преподаватели пророчили ему большое будущее в живописи. В удивительные годы, когда менялась жизнь в России, он успел побывать в западных странах, узнать, как там устроена художественная жизнь, стать своим в богемной тусовке. Хорошо знал английский язык, писал на нем стихи. Видел живого Венечку Ерофеева, Сашу Соколова, оформлял спектакль Романа Виктюка. Мне, 20-летней, казалось, что он в свои тогдашние 26 лет прожил большую удивительную жизнь. И так оно и было.
Он легко добивался успеха: в живописи, в литературе и в журналистике, в бизнесе. Но душа стремилась к ИНОМУ.

Дорога к храму
В то время Русская православная Церковь остро нуждалась в кадрах. Это можно сравнить с мобилизацией: в священники охотно рукополагали всех, кто высказывал расположение к этому жизненному пути. Да, священник – не профессия. Это коренная перемена жизни. И многие умные и тонко чувствующие люди в середине 90-х склонились к тому, чтобы переменить свою жизнь, несмотря на успехи, которых они добились на мирском поприще.
Наш тверской архиепископ Виктор особенно охотно рукополагал тех, у кого были способности к предпринимательству. Как оказалось, ему были нужны не вдохновенные проповедники, миссионеры, духовные писатели. Церковь как организация нуждалась в «менеджерах по продажам». Сегодня мы наблюдаем, как молодые иеромонахи (!), представляющие себе свое служение, как обычный бизнес, легко добиваются успеха, хвастаются своими автомобилями представительского класса, коттеджами в элитных местах… А тогда, в 90-е, бизнесмены шли в Церковь, думая, что священнический путь – это путь, от бизнеса максимально далекий. И эти люди не нажили земных богатств.
Сначала о. Алексей служил в храме Покрова, и под крылом о. Павла Сорочинского пытался как-то реализовывать свои таланты, выпускал журнал «Тверские епархиальные ведомости». Потом открылся храм в Южном – домовый храм в честь иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» (в бывшем детском садике, рядом с наркодиспансером). И отца Алексея, как самого непьющего тверского священника, перевели туда.

Батюшка-утешитель
Что такое микрорайон «Южный» в духовном своем состоянии? Что такое вообще духовная жизнь советского спального микрорайона? Отец Алексей знал это, как никто. И мне казалось, рано или поздно он об этом напишет. Он крестил восьмидесятилетних бывших пионерок, венчал пары, дожившие до «золотой свадьбы».
Его приходские байки – отдельная тема, всегда невероятно популярная на Михайловских чтениях в Герценовской библиотеке. Выйдет о.Алексей, и как начнет рассказывать: про старушку, которая побывала на том свете, про призраки советских моряков в квартирах микрорайона «Южный», которых ему неоднократно приходилось «изгонять», освящая эти квартиры. Тоже, какая книга могла бы получиться! Хит продаж, как «Несвятые святые».
Но главное, с чем каждый день приходилось сталкиваться отцу Алексею – это с людской болью. Люди шли в храм не от хорошей жизни, а за утешением. Смерть близких, страшные болезни, безысходные жизненные ситуации. И все ждали, что священник подскажет им выход, успокоит их, скажет такие слова, после которых захочется жить. Он всегда находил эти слова, на поминках в храме Покрова многие говорили об этом.
Сначала мне казалось, что общение с простыми людьми Леше Рассеву даже на пользу. Батюшка стал менее сложным, элитарная интеллектуальность сменилась таким всепониманием, тихой мудростью. Но запасы внутренней энергии не безграничны. Он всех утешал, принимал в себя чужую беду. И внутри его копились бездны отчаяния, которым не было выхода.
К тому же, он жил очень трудно в материальном отношении. Мне всегда было смешно, когда я читала про «попов на Мерседесе». Да, есть такие – и в Твери есть. Но у отца Алексея не было даже велосипеда. Некоторое время назад исчез такой источник поддержания поповских штанов, как отпевания – теперь они совершаются только духовенством, служащим в больничных часовнях.
Года полтора назад остальные священники, служащие в «Неупиваемой Чаше», один за другим тяжело заболели. И отцу Алексею Рассеву пришлось служить за троих. Он пять лет не был в отпуске, и видно было, что едва держится на ногах. Тем не менее, батюшка не пропускал ни одной службы по состоянию здоровья. И не жаловался.

«Сгорел» на посту
У него была единственная творческая отдушина: 10 лет отец Алексей писал книгу про ржевского протоиерея о. Матфея Константиновского, духовника Гоголя. Это огромный труд, я его читала. Книга готова, отредактирована, сверстана. Когда о. Алексей ее дописал, оказалось, что никому она не нужна. В Тверской митрополии архиерей даже слушать не захотел, в Ржевской епархии епископ Адриан тоже отмахнулся. В Московской патриархии, вроде, заинтересовались, но тоже без энтузиазма. То, что книга не востребована, как-то сильно подкосило батюшку. И он начал сдавать.
Стремление избегать конфликтов, на которые могут уйти последние силы, было у него очень сильным в последний год. «Я – пейзаж», - сказал он как-то отцу Александру Горячеву, служащему с ним. Но быть пейзажем, будучи портретом, образом Божиим, невозможно. Очень смиренен был отец Алексей, через это и страдал.
Это очень печальная история: взяли горящего, талантливого, тонкого человека. И начали им «забивать гвозди». Отец Алексей «сгорел» на посту, на форпосте Православия в советском спальном микрорайоне. В его кончине многие виноваты. Но, зная его, верю, что он всех простил.
Отца Алексея Рассева похоронили на кладбище для городского духовенства, у храма св. Иоанна Предтечи, на Беляковском переулке. Вечная ему память!
Мария Орлова

мурзя в профиль

И снова про Тверскую митрополию

«Духовные скрепы»
Государство и Церковь – тверское переплетение

Основные политические новости прошлой недели в Тверской области были на пересечении политики светской и церковной. Официально объявлено, что в следующем году на юбилейные торжества в честь 350-летия обретения мощей святого Нила Столобенского в Нило-Столобенскую пустынь приедет патриарх Кирилл. Неофициально стало известно, что с третьего этажа областной администрации съезжают чиновники – якобы там должен разместиться митрополит Тверской и Кашинский Виктор с присными.

Почему  Тверь не в чести у патриархии?
Патриарх Кирилл уже второй раз посетит наши пределы. Первый раз это тоже были большие юбилейные торжества, 900-летие Старицкого Свято-Успенского монастыря, родины первого русского патриарха Иова, отмечавшееся в 2009 году. Было это два губернатора тому назад, еще при Дмитрии Зеленине, в абсолютно другой по духу стране.
А вот покойный патриарх Алексий II принципиально не баловал ближайшую к Москве епархию Русской православной церкви. Кажется, Алексий не был в Твери в 1995 году, когда приезжал на торжества в честь перенесения мощей преподобного Нила Столобенского из Осташкова в Нилову пустынь. Точно он не посещал Тверь в 2003 году, когда присутствовал на освящении Троицкого храма в селе Завидово.
Владыка Виктор, тогда еще епископ Тверской и Кашинский, долго не становился при патриархе Алексии митрополитом, хотя до него наша епархия была митрополией.
Да и при патриархе Кирилле в патриархии отношение к нашей епархии мало изменилось. Есть мнение архимандрита Тихона (Шевкунова), настоятеля Сретенского монастыря на Лубянке, митрополита Иллариона (Алфеева)… Пока Тверской митрополией руководит Виктор, многие проекты, которые могли бы реализоваться здесь, блокируются в церковных верхах.
Другое дело, будет ли лучше при другом архиерее. Так, Казанская епархия, где некоторое время назад разразился гомосексуальный скандал в тамошней семинарии (главный фигурант этого скандала, архимандрит Кирилл (Илюхин) нашел себе прибежище в Твери. – Прим. ред.), радостно проводила прежнего митрополита Анастасия. Однако прошло немного времени, и духовенство взвыло: новый митрополит, не вызывая таких вопросов к своей личной жизни, как отставной Анастасий, в несколько раз повысил ставку «епархиального налога».
«Вы еще вспомните добрым словом «брежневского старичка» Виктора», - предупреждал нас в одном из разговоров протодиакон Андрей Кураев, достаточно много внимания уделивший разоблачениям «голубого лобби» в РПЦ. Возможно, он прав. Это какая-то российская аксиома: каждый последующий начальник оказывается хуже предыдущего.

Синдром выгорания
Губернатор Игорь Руденя – человек искренне верующий, православный. Понятно его уважение к владыке Виктору. Но православие отличается от католицизма тем, что у нас нет презумпции непогрешимости. Ни у патриарха, ни у архиереев. В принципе, архиереи – просто начальствующие над иереями, не более того.
Ситуация переезда епархиальных служб в областную администрацию сама по себе очень двусмысленна. Она не может не вызвать бурной реакции, по преимуществу негативной. И это может серьезно расколоть общество.
Сегодня налицо кризис переосмысления роли РПЦ в жизни страны, причем не только со стороны людей внешних, атеистически настроенных, но и со стороны церковного люда, мирян и духовенства. В последнее время этот процесс переосмысления вылился на страницы православных СМИ, сайтов, в дискуссию, которая идет с привлечением известных богословов, протоиереев, игуменов. Спровоцировала всплеск дискуссии вышедшая этой осенью книга «Исповедь бывшей послушницы» Марии Кикотъ. Девушка семь лет прожила по монастырям и без прикрас описала эту жизнь. Никто не отрицает изложенные факты, духовенство и миряне только сокрушаются: как же все дошло до такой катастрофы?
В 90-е годы считалось, что дело – за возрождением внешней стороны церковной жизни. Чем быстрее возродятся храмы и монастыри, с одной стороны, и чем строже будут соблюдать посты и другие правила церковной жизни сами верующие, с другой стороны, тем быстрее Русь вновь станет святой. Однако спустя 25 лет мы дальше от святости, чем в те времена. Многие люди, истово соблюдавшие посты все эти годы, причащавшиеся каждый месяц и пропустившие 25 лет считанное количество воскресных литургий, стали задаваться некоторыми вопросами. «А есть ли посреди нас Христос? Где братская любовь? Где евхаристическое общение? Почему в храмах, куда мы ходим десятилетия, мы только захожане, а не прихожане?».
К сожалению, ответы на эти вопросы люди не получают, что ведет, в случае с искренне верующими и думающими православными, к некоторому «расцерковлению». То есть человек сам для себя принимает какую-то внутриправославную стратегию и следует ей без прежнего фанатизма, но с большим осмыслением своего христианского поведения. Я много общаюсь с такими людьми, с теми, с кем вместе, бок о бок, мы добивались возвращения Церкви Вознесенского собора Твери в начале 90-х. У всех примерно одни и те же настроения: они видят, что творится в церковной верхушке, понимают, что все зашло куда-то не туда, поэтому тихо стоят за печкой в ближайшем храме, ни на что не претендуя.
С духовенством, которое пришло в своем большинстве в Церковь тогда же, в начале 90-х, происходят еще более сложные и тяжелые процессы. Тем, кто воцерковлялся лет в 35-40, сегодня уже за 60. Тогда это было как мобилизация: профессора, секретари райкомов, инженеры, художники бросали все и рукополагались.
Все эти годы романтично настроенных интеллигентов методично превращали в унылых требоисполнителей и кадиломахателей. Их духовные таланты, в большинстве своем, оказались зарыты в землю. Мало того, с достижением пенсионного возраста наши священники и на пенсию-то выйти не могут – будут получать минимальную социальную пенсию. Зарплаты в храмах платятся «по-черному», благо налоговые инспекторы к ним отродясь не заглядывали. А еще из храма, который с таким трудом 20 лет восстанавливался, священника могут просто выгнать. Мало ли, приедет очередной молодой поп с Украины, понравится архиерею…
Сейчас многие тверские священники сильно болеют, едва ноги волочат. Служат без вдохновения, многие впали в различные соблазны. Но священнический путь – это не просто работа, это выбор судьбы. И менять судьбу на склоне лет не каждый может. Тем более, что многие расценивают сложение сана как «предательство Христа».

Служить Богу или Мамоне?
Если сажать духовенство в государственных учреждениях, то надо быть честными и идти до конца. Например, сделать как в Греции. Греческая православная Церковь - государственная. Священники там получают зарплату из бюджета, как, например, врачи. И, соответственно, им гарантирована пенсия. Не знаю, как финансируются архиереи в Греции, но суда по тому, что с виду они просты, и ажиотажа в храмах их появление не вызывает, думаю, будет уместна параллель с главврачами. Государство выделяет деньги на содержание и реставрацию церквей, так что и тут вопросы решены.
В других странах, например, в Германии, существует «церковный налог». Вы платите 2% с ваших доходов, и сами определяете, на содержание какой конфессии должны пойти эти деньги. Или, если вы атеист, эти деньги направляются на науку.
Наша Русская православная Церковь заигрывает с государством, и принимает на себя все идеологические претензии к российской власти. Но их финансовые отношения основаны на бессистемных подачках, которые доходят только до верхушки РПЦ. Рядовые священники должны платить епархиальный налог. Епархии, соответственно, платят в патриархию.
То есть, подачки власти плюс поборы с церковных низов - это все оседает у епископата и патриарха. Священник же из ближайшей церкви вынужден зарабатывать всеми способами и на ремонт разрушенного советской властью здания, и на жизнь себе и церковным сотрудникам. Клянчить деньги у спонсоров, чуть ли не с гармошкой вприсядку плясать перед богатыми людьми, прощать им все грехи, пить с ними водку и т.д. А также заниматься коммерцией. Это ведет к духовному выгоранию, которое в Тверской митрополии сейчас наблюдается массово.
Самое опасное, это то, что общественные процессы устроены по принципу маятника. Чем сильнее маятник улетел в одну сторону, тем сильнее он будет лететь в другую. Сейчас владыка Виктор и наместник Вознесенского собора иеромонах Дионисий (Батраев) (29-летний питомец Казанской духовной семинарии, о которой мы писали выше, несколько лет назад приехал с Украины) мечтают сесть в кабинете рядом с губернатором. Дионисий рассказывает всем, что он, дескать, «духовник Игоря Рудени».
Возможно, пока что губернатора это устраивает. Но не боятся ли уважаемые духовные лица, что настроение может перемениться?
Мария Орлова
 
мурзя в профиль

Наше интервью с Кураевым все читали?

Наше интервью с о.Андреем Кураевым. Для тех, кто пропустил
22 сентября о. Андрей Кураев приезжал в Тверь по приглашению редакции «Караван+Я». Перед встречей с читателями в пабе «Старый чемодан» самый известный в России миссионер зашел в редакцию и дал нам интервью об острых проблемах современного православия.

04.10.2015

22 сентября о. Андрей Кураев приезжал в Тверь по приглашению редакции «Караван+Я». Перед встречей с читателями в пабе «Старый чемодан» самый известный в России миссионер зашел в редакцию и дал нам интервью об острых проблемах современного православия.

«Человечество приносят
в жертву идеологемам»
– Отец Андрей, сегодняшняя волна с «оскорбленными религиозными чувствами» в Индии началась несколько раньше лет на 20. Насколько я изучала этот вопрос, там религиозные чувства оскорбляются ежеминутно – страна многоконфессиональная, обижаться есть кому. Вам не кажется, что это искусственная война, которая инспирируется какими-то политтехнологами в неких неизвестных целях. Кто-то пожаловался на экстремизм сур Корана, кто-то подал в суд на экстремизм Ветхого Завета. А в результате в душах людей все идет вразнос.
– Вот только сегодня, роясь в архивах, обратил внимание на удивительную вещь. Оказалось, что первый и самый страшный чаплинизм родом из 2007 года, из эпохи еще патриарха Алексия II. Тогда в диспуте с Гозманом Чаплин сказал: «В начале 90-х очень узкая группа людей вставила определенные идеологические положения в Конституцию. В частности, было сказано, что человек является высшей ценностью – это уже идеология. Вариант не бесспорный, и я уверен – не разделяемый большинством населения России. Есть ценности выше. По-вашему, самое ужасное, что может произойти – уничтожение людей. Для меня есть вещи, которые более важны, чем уничтожение того или иного количества людей, или даже жизни всего человечества. Это святыни и вера. Жизнь человечества менее важна для меня». (http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=18605)
Тогда показалось, что это был случайный приступ дури, просто погорячился отец Всеволод. А оказалось, что это новая идеология патриархии, открыто противопоставляемая гуманизму. Люди для этих якобы христианских пастырей вовсе не самое главное. Они нашли такие «субботы», такие идеологемы и «святыни», ради которых можно пожертвовать не то что человеком, а даже всем человечеством.
Доселе такую логику я встречал только у атеиста Писарева. Тот говорил: если ради блага и счастья человечества надо уничтожить половину человечества, то я не против. И даже если останутся только два человека, которые потом породят бесконечное количество новых уже счастливых поколений, ради выживания этих двоих остальных можно уничтожить. Этакий беспощадный революционно-атеистический оптимизм. Во многом оправдавший красный террор. Но, оказывается, спустя 150 лет протоиерей может сказануть еще более радикально: всем человечеством вообще можно пренебречь. Даже постреволюционных Адама и Евы не надо. Для кого тогда будут сохраняться такой ценой защищенные святыни и догматы, он, правда, не уточнил.
И вот после таких слов такой человек был назначен патриархом на должность председателя Синодального отдела по взаимодействию Церкви и общества. Это значит, что нет никакого Чаплина. Чаплин – всего лишь «говорящий аватар» патриарха Кирилла. И это их общее убеждение, что людишек можно без числа тратить ради каких-то политических целей, если на них навесить этикетку «наши ценности».
Человек не средство, а цель? Не слышали… И вот уже в проповеди патриарха Кирилла звучат вполне мизантропические нотки: «Когда человек совершает много преступлений, его пожизненно заточают в тюрьму или лишают жизни, свидетельствуя, что никакого прощения быть не может, — преступник должен быть либо умерщвлен, либо навсегда остаться в заключении. И если собрать все грехи мира, которые были, есть и будут, то, наверное, все человечество следовало бы пожизненно заключить в тюрьму». (http://www.patriarchia.ru/db/text/3611226.html#
В сентябре 2015-го Чаплин, член Высшего церковного совета РПЦ, вновь озвучил свое неприятие Конституции России: «У нас до сих пор пытаются говорить, что Конституция – это плод консенсуса. Нет, нет. Этот консенсус принимался без нас, значит, его нет, значит, его отменяем. Все, что принято без активного общественного участия православных людей, – все это нелегитимно».
Закон, однако, гласит: «если руководитель или член руководящего органа религиозного объединения делает публичное заявление, призывающее к осуществлению экстремистской деятельности, без указания на то, что это его личное мнение, соответствующее религиозное объединение обязано в течение пяти дней со дня, когда указанное заявление было сделано, публично заявить о своем несогласии с высказываниями или действиями такого лица. Если соответствующее религиозное объединение такого публичного заявления не сделает, это может рассматриваться как факт, свидетельствующий о наличии в их деятельности признаков экстремизма» (закон «О противодействии экстремистской деятельности» ст. 15).
Хорошо, ваши ценности да пребудут с вами. Но при чем тут моя жизнь, жизнь других людей и детей, которых вы согласны подставлять и под санкции, и под бомбы? Так что внезапно вспыхнувшая в 2012 году борьба за «святыни» и против «оскорбления чувств» вовсе не была импровизацией. Это давно задуманная циничная политтехнология.
У нее много целей.
Одна из них – сделать государственные власти более отзывчивыми на финансовые, имущественные просьбы патриархии.
Никакого ноу-хау здесь нет. Наши северокавказские князьки действуют точно так же: Мы очень обидчивы и вспыльчивы, поэтому будьте с нами нежнее и чутче реагируйте на наши финансовые просьбы.
Административно-накаченные многотысячные «крестные ходы» дают властям сигнал: «нас много, поэтому с нами надо считаться».
А втихую подрощенные патриархией вечно оскорбленные погромщики-активисты дают возможность патриархии послать тем же властям уже другой сигнал: «На самом деле за нами дышит бездна, и если бы не мы, то эти экстремисты вышли из-под контроля, и тогда всем стало бы плохо. Поэтому дайте нам еще больше ресурсов. Дайте нам грант побольше и не очень спешите проверять, как мы его будем осваивать».

Куравев в пабе «Старый чемодан» в Твери
«Аскеза – это не только отказ от колбасы»
– Ну, это внутри Церкви, а снаружи эту нетерпимость никто не инспирирует?
– Я думаю, что у кремлевских и околокремлевских политологов тут тоже есть свой интерес. Это часть «войны телевизора и холодильника». Для того чтобы прикрыть экономический провал правительственной политики, ухудшение уровня жизни людей, надо объяснить населению, что оно не просто беднеет, а приносит великую жертву ради какой-то очень высокой цели. Да, твои дети будут теперь есть пальмовое масло вместо нормальных молокопродуктов, но зато дети несчастных Сирии и Донбасса теперь в безопасности, потому что мы им помогаем. Идеологи холодной войны хорошо умели объяснить, за что надо страдать, за что умирать. И сегодня агитпроп изливает на головы людям незамысловатую схему: «Мы живем плохо, потому что нас все вокруг ненавидят, а ненавидят нас за то, что мы духовнее их всех. А духовность наша доказывается тем, что мы ненавидим всех наших соседей».
– Спустя почти 30 лет без малого после празднования 1000-летия Крещения Руси мы опять можем сказать вслед за Лесковым, что «Русь крещена, да не просвещена». Это, к сожалению, касается не только простых прихожан, но и духовенства, которое у нас часто очень необразованно. Когда в прошлом году начался конфликт на Украине, многие священники начали активно «воевать» в социальных сетях на той или на другой стороне, постить разные разжигающие ненависть новости, подлинные или мнимые. Как это объяснить?
– То, что даже священники оказались так податливы на телепропаганду, означает аскетическую катастрофу. Аскеза – это не только отказ от колбасы. Это прежде всего умение проверять и отсортировывать потоки информации и умение отторгать те из них, которые пробуждают во мне альфа-самца, гордого и воинственного.
Одно из средств этой аскезы – это хорошее образование. Оно дает умение проверять партийно предвзятую информацию и, зная ее всегдашнюю однобокость, дистанцироваться от нее.
Священник должен быть немножко «инопланетянином». По идее, священник должен утратить любую идентичность, кроме христианской. У католиков обязателен целибат: священник не должен быть даже мужчиной – мужем своей жены, отцом своих детей. И у нас женатый священник при рукоположении снимает обручальное кольцо, в знак того, что отныне он больше принадлежит Церкви, чем жене.
И вдруг оказывается, что другие – племенные или имперские – идентичности в нас не умерли. Это знак серьезной духовной неудачи. Оказалось, что люди, которые должны быть аскетами по профессии (Макс Вебер называет священников профессиональными аскетами) – в целом столь же доступны для примитивнейшей пропаганды ненависти, что и обычные «дорогие телезрители». Это очень тревожный сигнал для всей нашей поповской корпорации и для ее системы профессионального образования.
Если бы телевизор повествовал о войне где-нибудь в далекой языческой стране, было бы хоть немного понятно наличие такой «патриотической идентичности». Но на Украине идет гражданская война. Братоубийственная. И как же можно на гражданской войне так возбуждаться и так доверять версии событий, предложенной придворными летописцами… На дворе не XI век, надо ж хоть чему-то научиться.

«Нужно растождествлять патриархию и Бога»
– Помните, покойный Березовский незадолго до своей бесславной кончины сказал, что надо что-то делать с православием. И тут же появляется история с «Пусси Райт», раздутая до космических масштабов…
– А кто раздул эту историю? Если бы патриархия о ней промолчала, все бы давно забыли об этой истории. А тогда ведь, например, Чаплин, требуя ужесточения уголовного кодекса, сказал: те, кто не осудит участниц перфоманса у главного алтаря страны, «могут перестать рассчитывать на поддержку православных. Мы не можем и не будем жить в государстве, где такие выходки возможны. Значит, государство после этой выходки должно измениться» http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=44293
– Да, много лет назад мы наблюдали в тверском кафедральном соборе примерно такую же историю – какие-то панки зашли на амвон, начали кричать «Бога нет». Их быстро вывели, и через 10 минут все забыли, что это было. Но с «Пусси» вышло иначе, и именно с этой истории начался процесс утраты доверия интеллигенции к Церкви. Многие знакомые священники в Твери жалуются, что, когда идут по улице в рясе, слышат много неприятных слов.
– Отход интеллигенции меня не пугает. Интеллигенцию можно переубедить еще раз. Она умеет ценить силу аргументов. Необратимее то, что сейчас среди пролетариев крепнет глухая ненависть к попам. А вот их словами не переубедить. Интеллигенции можно вместо отца Всеволода Чаплина предложить почитать митрополита Антония Сурожского. А чтобы переубедить пролетария, уверенного в твоей поповской шкурности, – надо не просто однажды пойти помыть ему ноги, но десятилетиями ухаживать за его лежачей бабушкой.
…Я всегда хожу по улице в своей «спецодежде». В Москве, если я еду не на скутере, а в метро – то минимум четыре-пять человек по ходу поездки меня узнают и говорят слова благодарности. А здесь, в Твери, я вдруг впервые ощутил, что мне немножко стремно идти в подряснике по городу, сотрясаемому местными епархиальными скандалами.

Встреча с Кураевым никак не рекламировалась. А стульев в итоге едва хватило всем

– Большинство людей, и, может быть, это к лучшему, о том, о чем дискутируют в комментариях под некоторыми постами на вашем блоге, не знают и знать не хотят. И это к лучшему. У нас очень многие православные верят настолько слабо, что боятся любой информации, которая может поколебать их веру. Православие большинства ограничивается тремя действиями: крестился, венчался, отпелся. Для таких людей вера отождествляется со священнослужителями, и грехи духовенства – аргумент против веры.
– Беда в том, что патриархия сейчас всячески отождествляет себя и Бога. «Мы наместники Бога на земле», «наша воля – воля Божия».
Мне же кажется, что единственная ныне возможная линия апологии и миссии в том, чтобы, напротив, растождествлять себя с Богом и православной верой. Да, мы и сами больны, мы фарисеи, сплошь и рядом мы делами нашими предаем Христа. Но Христос в этом не виноват. Послушайте Его и попробуйте стать лучше нас…
– Сегодня много говорится о духовном выгорании части священников, пришедших в Церковь в 90-е годы. Тех людей, которые отдали лучшие годы своей жизни и здоровье на восстановление храмов, создание общин, а сегодня ощущают себя оставшимися у разбитого корыта. Есть ли у вас представление о путях лечения этого печального явления?
– Только Господь может всерьез призвать к священству, и только Он может исцелить душу перегоревшую. Никакие пастырские курсы, институты повышения квалификации, сеансы психотерапии не помогут. Это всего-навсего искусственный массаж остановившегося сердца. В реальной жизни от этих реанимационных мер будет еще хуже. Ибо вторичная имитация неофитства обернется просто цирком.
Я думаю, что, когда человеку кажется, что он потерял смысл жизни и служения, он может просто зайти в детский хоспис, посмотреть на детишек, которым гораздо хуже, чем ему, и поразиться, как они умеют улыбаться через свой страшный диагноз.
– Спасибо, ждем вас в гости еще раз.
– Обязательно приеду.
Беседовала Мария Орлова
мурзя в профиль

Христос воскрес, и ад упразднился

- Где твое, смерте, жало? Где твоя, аде, победа? Воскресе Христос, и ты низверглся еси. Воскресе Христос, и падоша демони. Воскресе Христос, и радуются Ангели. Воскресе Христос, и жизнь жительствует. Воскресе Христос, и мертвый ни един во гробе. Христос бо, востав от мертвых, Начаток усопших бысть. Тому слава и держава во веки веков.
Это Слово Иоанна Златоуста на Пасху. Каждый раз, когда его слышу - мурашки по коже. И вот что удивительно: много лет его не слышала. В конце Пасхальной заутрени, когда его положено читать, зачитывается какое-нибудь Пасхальное послание патриарха, или вообще местного митрополита. А вот вчера я сходила в очень правильную с точки зрения празднования великих праздников церковку. Как ни удивительно, будучи в самом центре Твери, она неизвестна людям. И если в других храмах толпа и давка, то там всегда можно спокойно стоять и молиться. Батюшка там зять одного столпа местного благочестия, ктитор - бывший глава области. Прихожане - жители ближайших домов, такая центровая номенклатурная интеллигенция.
В общем, слово Иоанна Златоуста я услышала. И это хорошо. До Пасхи дожили, и теперь как-то даже не хватает поста. Начинается суета обычной жизни, в течении которой каждый сам строит свой ад - хоть и упразднен он Христовым Воскресеньем.
Но главное, Христос Воскрес. Зная эту благую весть, можно все преодолеть.